Дом ангелов

Коллизия фильма характерна для суровых шведских лент. В глухую провинцию, обитателей которой нужно назвать все-таки не религиозными, а просто крайне консервативными людьми в силу того, что из поколения в поколение передавались одни и те же нехитрые принципы ('не высовывайся', 'будь семьянином', 'хорошо трудись'), вдруг прибывает молодая наследница усадьбы с очевидно столично-богемным бэкграундом. Для местных жителей они сразу становится кем-то вроде вавилонской блудницы, выходящей из моря, сидючи на звере (за зверя тут отдувается байк двусмысленного друга главной героини), потому что таких людей они отродясь не видали, посему конфликт неизбежен. А дальше все ясно тем, кто смотрел хотя бы 'Пир Бабетты' Акселя, более половины сюжета выглядит реверансом в сторону даже не фильма, а самой повести Карен Бликсен, логики резкого неприятия всего нового (священник в фильме прямо и правильно говорит о страхе, который испытывают местные жители, это даже не гордыня, иначе пришлось бы делать развитие конфликта более жестким) и той точки перипетии, после чего наконец-то происходит долгожданное снятие конфликта, потому что мифологическая стадия восприятия реальности остается позади, и волей-неволей всем жителям приходится воспринимать все, как есть. Я не совсем правильно провожу параллель только с фильмом Акселя. Требуется сказать и о том, что перед нами именно комедия о столкновении патриархального и модернового миров. В более ранние годы скандинавы снимали о таком именно драмы (можно указать, например, на недооцененный фильм Маттсона 'Она танцевала одно лето', в котором священник играет роль прямо противоположную привлекательной позиции пастора из 'Дома ангелов', который находится, так сказать, над схваткой), но данная лента больше напоминает некое упражнение в толерантности с ее нехитрым девизом 'Давайте ценить друг друга за то, что мы разные', к тому же в финале всплывает совсем уж бесхитростный мелодраматический мотив тайного родства, и кажется, что сейчас главные герои и их сто сорок слонов пойдут в пляс, но у нас все же не Болливуд, а суровая нордическая комедия. Однако слабости сюжета и идейного содержания фильма спасает актерский ансамбль с не самыми последними скандинавскими актерами, который и не дает этой ленте впасть в принципиальную вторичность, ведь в своей комедийной линии фильм вполне удался именно благодаря удачному подбору типажей. Кажется, это имело успех и у публики, и у продюсеров, так что Натли умудрился в итоге снять еще целых два продолжения фильма, который совершенно и так ясен к концу первой части.