Последняя обида

В кинопамфлете разоблачается монополия карательной педагогики, ответственность за порочные результаты которой несут жертвы домашнего насилия, социального давления и пропаганды. Демонстрируется, что в пролетарских семьях опека над ребенком является крепостной повинностью, основанной на бытовом формализме и общественно-милицейском контроле. Простые матери не способны дать полноценное воспитание детям из-за собственного невежества, отсутствия свободного времени и сил. Поэтому во всем доверяются школьным и 'научным' авторитетам с тюремными методами. После рабочей смены женщины, на которых лежат хозяйственные заботы, обязаны во избежание взысканий посещать собрания, где выступают малограмотные лекторы, рекомендующие полагаться в личных ответственных делах на казенные органы и коллективные суды. На которых осуждаются вплоть до лишения гражданских прав и увольнения приличные и культурные родители и учителя, стремящиеся оградить молодежь от дурного криминального влияния. В то время как преступные действия в отношении интернатовских сирот и 'трудных' подростков (которых жестоко наказывают за их 'буржуазные' наклонности и нежелание отрекаться от своих родных в интересах служб, помещающих малолетних жертв в среду, где нормой считается вымещение злобы и неудовлетворенности на собственных и приемных детях) оказываются безнаказанными. Сюжет отражает фашистскую практику внушения искаженных понятий и страхов с манипулированием творческими задатками и развивающимся сознанием. Что приводит к двуличности характеров и умственной ограниченности под видом послушного следования чужим «взрослым» установкам. Что и выражено в образе лишенного самостоятельного мышления коммунарского поколения, на которое возложены функции по обслуживанию колониального порядка.