Да здравствует любовь

Если вы не знакомы с творчеством Цай Минляна, то посмотрите первые 20 минут триумфального фильма 'Да здравствует любовь', когда в кадре не произносится ни одного слова. Ни мата, ни философии, ни междометий. Троица главных героев делает всё, что угодно, но только без слов, лишних и уместных. Далёкий от шокирующей Азии зритель явно столкнётся, как не говорится, с доселе невиданным. Или вспомнить ещё 'Капризное облако' с открывающей сценой. Можно подумать, эти чёртовы азиаты с ума посходили, испытывая концентрацию человека во время просмотра. А так как нынче концентрация у многих оставляет желать лучшего из-за обилия резких монтажных склеек и малой продолжительности кадров, приходится констатировать, что кино Цай Минляна приравняют к ужасно скучному и непонятному кино. Жаль, а ведь азиатские кинематографисты всё-таки мудрые и чуткие творцы. Вот название фильма прямо кричит о том, чтобы любовь, которую в своем сердце хочет иметь каждый человек, здравствовала и бодрствовала. Вне рамок, свободно паря, раскрывая души. Чтобы её поцелуи находили каждого индивида, вырывая его из цепких и вязких лап одиночества. От одиночества, как ни пытайся, не скрыться. Одиночество в городах, одиночество в толпе, одиночество в сети. И в семье можно чувствовать себя одиноким, тогда как и в мыслях может возникнуть пустота. Так что при всём энергичном названии, в фильме сложно отыскать непосредственно любовь. Есть лишь намёки, желания, попытки, но они настолько робкие, что кино закончится на единственно возможной ноте. Громкой, горькой и безысходно удушающей ноте. Совершив прогулку, чтобы размять ноги и проветрить голову, женщина садится на скамеечку и начинает рыдать. Сначала даже можно опешить от такого хода событий, ведь, если смотрели в полусонном состоянии, якобы ничего особенного не произошло за всё время. Чего плакать, когда никто никому ничего не сделал и ничего не сказал. Что ж, а если смотреть не отрываясь, легко понять, что перед нами происходит сильная агония неразделённой любви, неизбежного одиночества и чувства ненужности в этой жизни. Как раз после этого кино посмотрели внятный и прямолинейный 'Знакомьтесь, Джо Блэк', в котором богач-старик сладко говорил 'если не полюбил, считай, не жил вовсе'. Правдануто, правда? Только это не касается нашей троицы героев, заблудившихся в городских джунглях из стекла и бетона. Понятное дело, что 'Да здравствует любовь' не снят для массового зрителя. Такое творение найдёт свой успех лишь на больших кинофестивалях, где высоколобые интеллектуалы-критики разнесут по миру оды или разгромы тех или иных фильмов, в которых 10 минут кадр может замереть и забыть, что он кадр. И потом о них узнают такие, как мы, чтобы с беспрекословно умным видом писать в тексте о том, что это #кинонедлявсех или #вывсетупыеамынет. Ладно, на самом деле, очень хорошо, когда есть и такое странное, немногословное кино, которое показывает, что приёмами кинематографа можно достичь невероятной выразительности в любой вещи или в любом чувстве, чего не получается сделать в реальной жизни. Сами понимаете, дом, работа, кредиты, клубы, бессмысленные действия, ушедшее время.

Уже в начале карьеры Минлянь обнаруживает странную склонность к арбузам, бутылочкам с водой и эксклюзивным оргазмам, которые к «Капризному облаку» победят его окончательно, а еще безмолвным, растянутым во времени и отстраненным монтажным фразам, по причине чего его быстренько назвали «тайваньским Антониони», хотя такие странные эротические сопряжения, как у Минляня, итальянцу и не снились. Ну, Антониони так Антониони – большая доля правды в этом ярлыке есть, ведь если отбросить азиатские кэмповые причуды, в сухом остатке этой ленты, действительно, остается легко считываемая история людского одиночества и нелюбви, разыгранная в жанре детской сказочки в стиле «тук-тук, кто в теремочке живет?». Минлянь, дабы отличиться, аранжирует застолбленную за маэстро тему урбанистическими красками, разыгрывая, для наглядности, свой дисконнект в условных 150 кв. м. тайваньского дюплекса, что позволяет раскрыть задачу, временами, даже более рельефно, чем у классика. И если в «Капризном облаке» режиссер уже стал скорее азиатским Дюмоном, сочетая протяжные и длинные куски с эпатирующими сексуальными сценами, то в дебюте он обходится пока без хардкора, отводя камеру в самые интересные моменты. Но и без этого, вивлямур у тайванца, как обычно, получается такой групповой и диковинный, что, аж плакать хочется. 7 из 10