Суховей

- Ах, так?! Тебя излупят плётками. И ты запрыгаешь как миленькая! - Ни за что! У меня есть дело, и я сначала сделаю его. - А мне нет дела до твоего дела! У меня-то нет дела. - У всех людей есть дела. - А я - ребёнок! - Не городи чушь! Ты - человек. И должен жить по-человечески. - Прыгай! - Ни за что. 'Про Красную шапочку', 1977, реж. Л. Нечаев Сюрреалистический мир многообразен. Одновременно он и бесконечен подобно вселенной. Причудливость форм присуща каждому из творцов в неповторимости. Заворожённость, естественной реакцией на полотна живописцев. Хулиганят? Эпатажем заняты? Делятся сокровенным? Можно ли понять? До конца понять бессознательное. Не всегда. Восхищаться? Пожалуйста. Рукоплескать? Сколько угодно. Метать громы и молнии? Если имеете собственную точку зрения - почему бы и нет. Преломляйте... Размышляйте... Всматривайтесь... Ускользающее обязательно откроется. Должно открыться. Дверью, настежь. Бразильская картина 'Vento Seco' или 'Суховей' стала для меня авангардистской фреской поразившей своими откровениями. Сюрреализм. Чистый сюрреализм лишённый стандартного академизма общепринятого, нормы. А язык автора, коллажным нагромождением из подсознания. Две плоскости личности в обозрении даны нам, зрителям. Первая, та, что примитивной механикой зовётся. И куцая повествовательность в безрадостности окраски через кадры работы-повинности, эмоциональной сдержанности, чувства долга с граничащим безразличием. То самое, чем заняты мы обыденно. Труд, кормление тела, рабочая трепотня. Изо дня в день спецовка комбинезона, каска для техники безопасности, перчатки. И рутина-рутина-рутина. Одним словом - дрёма скуки с хождением туда сюда. А в противовес - колористика феерии в свободе выражения себя. Страсть не знающая границ. Вольный ветер без сдерживания и тормозов. Могу и хочу разделённостью понимания. И никакой одежды. Лишь голое тело в приветствии рук, губ, дыхания. Возбуждение и катарсис. Сегодня? Да. Завтра? Конечно же. И те же самые две плоскости - положенной основой в очерчивании событийного ряда. Людское многообразие и куцая поволока местности с пылью, ветром, испепеляющим солнцем. Вечное мучение. Естественная неестественность. Иная грань - лес в зелени переплетающихся лиан, единение без посторонних глаз, уста к устам и доверительные откровения из прошлого, разговором. А миражи снов скрытыми желаниями без фетиша, без стыдливости. Во что же облёк режиссёрский гений своё произведение? Какова палитра? Что составляет натюрморт? Каковы ингредиенты? Сорокалетний (или около того) Сандро работает в агросфере. Минеральные удобрения переработкой, производством в бразильской глубинке. Какая-то сельская местность из кадра в кадр. С Рикардо они коллеги по работе. Сексуальная близость их тайна за семью печатями. Равновесие счастья нарушается появлением Майкона. И вот уже новая краска приготовлена режиссёром. Желание пробуждается. Обладание - туманом сладости. Влюблённость - очертаниями. А что за ними? Ревность как непременная спутница. Болезненная, мстительная, одуряющая... ... - Ах, так?! Тебя излупят плётками. И ты запрыгаешь как миленькая! ЛГБТ тема в двухчасовом повествовании? Да. Так и есть. Однако причудливость аллегорий, воспарения в сноведенчиские откровения, метафоричность накладываемая автором на полотно слой за слоем создают интригу этой производственной драме. Ряд сцен несёт шокирующий оттенок откровений для публики 18+ Хромированные мотоциклы, ремни кожи портупеей обруча тел, обнажённость фигур словно сюрискусство в воспарении. Так? Нет? 7 из 10