Точка давления

Я бы выделил этот фильм. На фоне потока весьма средних работ 1962 года этот фильм Стэнли Крамера выделялся новизной и свободой в рассказе самых непростых тем. Несколько эпизодов могли возвести этот фильм в число культовых, но в силу разных обстоятельств они оказались скомканными и затерялись в анналах. Прежде всего, я бы выделил сеансы психоанализа. Самодовольный и лукавый Бобби Дэррин рассказывая про все ненастья своего детства становится милым, даже трогательным мальчиком. Наверное идеальное решение вместе со зрителем наблюдать его воспоминания, будто из небытия возрождая так значимые для него образы отца. Так уж получилось, что подобные решения использовались Джоном Хьюстоном во 'Фрейде'. В любом случае, даже учитывая то, что эти две картины не получили статус культовых, лоббирование психоанализа выдалось вполне успешным. Только вот, уже никто точно нам не расскажет - была ли эта задуманная акция, или продвижение темы возникло стихийно. Конечно, нужно еще выделить и момент в баре. Главный герой со своим товарищем находясь в расстроенных чувствах начинают буянить играя в крестики-нолики. Так они разрисовывают все помещение. А когда заканчивается пространство - переходят на тело жены бармена, раздевая ее по ходу. Стилистически это напоминает 'Заводной апельсин'. Еще нужно учесть и тему коррекции. Обычно в американском кино прослеживались весьма резкие нотки - неотвратимости самого жестокого наказания за деяния. А тут нам предлагают несколько иную концепцию. Занимаясь с поклонником нацизма опытный психиатр вполне умело корректирует его поступки. И у зрителя обязательно появится надежда, что подобным образом можно достичь успехов с самыми непростыми людьми. И это весьма непростая тема. Она затрагивает и то, что в США в годы войны были сочувствующие нацизму, и вообще отношение к наказаниям, и тему психиатрии. Особым образом все это затрагивает и межрасовую тему. Думаю, попадание было точным. Спустя несколько лет Стэнли Крамер снимет 'Нюрнбергский процесс', но там о перевоспитании уже не будет даже намеков. Так что, я с симпатией отношусь к этому кино. А сцена в которой Сидней Пуатье снимает пиджак с очками и требует от Дэррина просить прощения - вообще одна из лучших, которые я видел. Дорогого стоит и его последующее объяснение ситуации, уже с позиций психологии. Даже несколько пафосный и чрезмерно линейный стиль повествования - Крамер еще тогда был верен себе, не может размыть хорошую оценку. 8 из 10