Живая плоть

Фильм «Живая плоть» (1997) Педро Альмодовара часто по инерции записывают в разряд «страстных испанских мелодрам», но это — ошибка жанрового зрения. Перед нами не история любви и не хроника роковых выстрелов, а куда более неприятное зрелище: наблюдение за тем, как люди с маниакальной настойчивостью цепляются за свое прошлое, превращая жизненные случайности в знаки Судьбы, а затем — в оправдание собственной зацикленности на людях - объектах своей аддикции. Педро Альмодовар, обычно столь щедрый на визуальные и художественные излишества, здесь почти аскетичен. Мадрид в его оптике лишён туристической витальности: это город не встреч, а последствий. Пространство, где каждый уже однажды оступился и теперь вынужден бесконечно оглядываться на прошлые ошибки. Рождение главного героя Виктора в городском автобусе на фоне франкистского Мадрид — сцена не просто эффектная, а программная. Жизнь как сбой системы, как появление на свет ребенка вне регламента. Это не начало пути, а дефект сборки, который будет аукаться в каждом выборе героя и приведет его в тюрьму на 6 лет. Альмодовар фиксирует: если старт ребенка был хаотичен, когда он вырастет, он будет искать логику там, где ее нет, и в итоге сам же ее придумает — ценой собственной свободы. Случайность, впоследствии он будет читать, как знаки Высшей Силы. И вот здесь начинается главное — не события, а их толкование. Выстрел, который калечит полицейского Давида, в ином нарративе мог бы остаться трагическим эпизодом. У Альмодовара же он становится точкой кристаллизации идентичностей героев. Они не переживают случившееся — они приписывают ему смысл, причем окончательный, не подлежащий пересмотру. Они ведут себя так, будто жизнь обязана была сложиться иначе, и именно это «иначе» превращается в их внутреннюю тюрьму. Либерто Рабаль в роли Виктора играет человека, который перепутал желание секса с женщиной с правом на владение ею. Его герой не столько любит, сколько настаивает: на присутствии в чужой жизни, на желаниях своего молодого тела, на продолжении истории, которая давно закончилась. Перед нами не сложная личность, а набор импульсов, закрепленных убеждением «мне в жизни недодали, и я требую, чтобы додали». И это иррациональное убеждение, как водится, разрушительнее любого внешнего удара. В «Живой плоти» Рабаль играет очень характерный для Альмодовара тип — человека, которого ломает не столько событие, сколько его собственная интерпретация произошедшего. Его герой живёт внутри идеи «всё должно было сложиться иначе и я это исправлю» — и именно это почти чуть не разрушает его жизнь. Франческа Нери играет Елену, бывшую наркоманку, а сейчас жену Давида, как фигуру, существующую в режиме постоянного отступления. Её героиня не выбирает, а реагирует, не живёт, а корректирует последствия. Нери играет почти исчезновение — и тем самым обнажает ключевой механизм фильма: женщина становится функцией чужих мужских интерпретаций, если не сформулировала собственные смыслы и ценности. Елена не столько любит Виктора или Давида, сколько пытается соответствовать версии себя через глаза мужчин. И в конце концов выбирает путь, который кажется ей менее болезненным. Давид в исполнении Хавьера Бардема — самый двусмысленный и, пожалуй, самый коварный образ фильма «Живая плоть». Его физическая травма — паралич и утрата привычной сексуальности — в любой другой системе координат была бы чистой трагедией. Но у Альмодовара это превращается в форму власти над женой: его физическая уязвимость вызывает жалость и преданность. Инвалидность становится ресурсом, а страдание — тонким инструментом влияния. Он — герой, участник паралимпийских игр по баскетболу на инвалидных колясках, пример мужества, символ преодоления. Но Альмодовар не был бы собой, если бы оставил эту конструкцию нетронутой. Давид тоже заложник интерпретации: он живёт не своей жизнью, а ролью, которую ему навязали обстоятельства травмы и которую он с готовностью принял. Его «сила духа» — не свобода, а новая форма зависимости от маски, которую он надел на себя. Педро Альмодовар методично демонстрирует: людей ломает не событие, а то, как они его объясняют. Случайный выстрел — лишь выстрел. Но стоит назвать его «переломным моментом», «божьей карой» или «знаком судьбы», как он начинает управлять будущим. Герои «Живой плоти» не просто помнят прошлое — они за него держатся, как за доказательство собственной правоты. «Всё должно было быть иначе» — это не сожаление, а стратегия избегания жить. Пока существует это «иначе», можно не жить здесь и сейчас. В финале фильма у Виктора и Елены рождается ребенок, как это происходило в начале ленты. История закольцовывается. Только тогда на улицах Мадрида было пусто, люди боялись выходить на улицу по ночам. Теперь на тех же улицах толпы людей, которые считают себя свободными людьми. Но Альмодовар слишком точен, чтобы предложить утешительное будущее для Виктора и Елены. Он оставляет зрителя с куда более тревожной мыслью: если ты однажды поверил в свою историю, ты будешь играть её до конца — с той же самоотдачей, с какой зависимый человек держится за свою эмоциональную привязанность с нарушением автономии. 9 из 10

Стоит написать, что изначально нам попался несколько иной синопсис фильма. Естественно, там описывалось, что парень влюбился в девушку, она его послала, вдруг появился пистолет, началась схватка. Пришли горе-полицейские, затеялась новая заварушка, прозвучал выстрел. Один из копов сильно ранен, да так, что до конца жизни ходить не сможет. В итоге, парня сажают в тюрьму, копец становится паралимпийским чемпионом по баскетболу. Та девушка, из-за которой круто поменялись судьбы мужчин, пожалела копа и стала его женой. Всё как дважды два, да. Заинтриговало вот что: парень выходит из тюрьмы, находит своих обидчиков и готовит изощрённую месть. Вот мы и ждали, когда же начнётся обещанная жуткая месть. Сидим, следим за передвижениями героев, пытаемся читать их мысли (ничего себе!). И что же происходит в конечном итоге? Месть в какой-то мере случилась, но она была сладострастной и при участии аппетитного тела Франчески Нери. Вместо изощрённости в духе Коллекционера мы столкнулись с хорошо поставленной мыльной оперой, когда страсть, любовь, секс, обида, страх, злость вылезают наружу из всех возможных щелей, чтобы дать понять зрителю: пусть он не надеется на детектив от Рут Ренделл. Это от и до фильм Педро Альмодовора, поэтому ждите мадридские страсти-мордасти отовсюду. Что, в принципе, неплохо. Если помнить, что культовый или всё-таки великий испанский режиссёр тараканов съел на том, как снимать горячие человечески эмоции на грани нервного срыва, то всегда высока вероятность получить изысканное блюдо под названием жизнь под соусом разных обстоятельств. Понравилось, что сразу был выведена основная пятёрка наших героев, которые будут со зрителями до победного конца. Здесь и тот с ней, и эта с тем, и он тоже ту. Так как перед вами не шведы с исландцами, надо понимать, что спокойно ничего обсуждаться не будет. Что уж говорить, если в одной из сцен даже горячий матч 'Атлетико' с 'Барселоной' повысил ваш градус. Конечно, Педро Альмодовар тот ещё наглец, поскольку использовал лишь мотив романа Рут Ренделл, а дальше обставил свой фильм в присущем ему стиле. Но ему ведь можно. Он идол или гений. Просто приятно сознавать, что по окончании фильма не получится остановиться на одной теме. Ловишь себя на мысли, что в жизни не только наслаждаешься сексом и пахнешь хвойным лесом после дождя, но ещё и терпишь побои или имеешь риск получить пулю в спину. Никогда не знаешь, где пролетит бабочка, чтобы вызвать катаклизм в другой части земного шара. Кто-то плачет от счастья, а кто-то смеётся упав. Кто-то категорически везучий. 'Живая плоть' - фильм о том, что у всего есть свои последствия. Невозможно постоянно обманывать себя, фальшиво улыбаясь всем и разыгрывая идеальную жизнь. Однажды ночью какой-то подвыпивший коп может целиться в парня из своего пистолета, а в голове мысли о том, какие бабы твари. А в этот момент посреди пустой улицы в автобусе может родиться мальчик, потому что мать просто не успела в клинику. Как раз в то время правительство объявило чрезвычайное положение в стране, поэтому на улицах может быть совсем небезопасно. Только сие не навсегда, ведь солнце не за горами, и наступят лучшие времена. Безумный круговорот нашего бытия. Выпьем!