Ленинград. Ноябрь

Время фильмов, провалившихся в прокате и просто не попавших туда, стертых из медиавселенной, сохранившихся только в архивах киностудий, хранящихся в самых непотребных деревянных ящиках с необработанными краями, которые так и шепчут: «не прикасайся, или получи пожизненную занозу». Время кинематографического хаоса, где каждому было что сказать, но говорили мало и беззвучно, выражаясь только на языке символов и ощущений, или на языке глухонемых, потому что именно тогда глухонемые проникали в российский кинематограф, по большей степени благодаря сценариям Ренаты Литвиновой. Её Яя в исполнении Дины Корзун в «Стране глухих», прототипом которой стала близкая подруга Литвиновой Елена Величко — актриса театра мимики и жестов, снявшаяся в одном единственном фильме «Ленинград. Ноябрь», где ворожила зрителей своими кудрями и чарующими шаманскими танцами, опять же — глухонемой персонаж. Время «тихих фильмов» с декадентскими, убитыми пейзажами и некоммерческими лицами, с искрящимися ранами и голыми стенами, с оборванными листовками и обнаженными телами. Время, когда звук и формы затмевали смыслы и диалоги. Высоко тяжелая художественность, восприятие и казуальная атрибуция, когда только внешнего наблюдения мало, когда «я — ты», «свои — чужие».