Гангстер

Вообще дурной тон - пересказывать в рецензии сюжет. А говоря о фильме 'Гангстер', говорить, 'в чем там было дело', просто губительно. Его и стоит посмотреть ради сюжета, чтобы увидеть, что значат на деле эпитеты 'лихо закрученный' и 'полный африканских страстей'. С самого начала нам прозрачно намекают, что предстоит криминальная драма о любви и мести. Даже звучащая практически в любой сцене испанская гитара навевает мысли о балладах всепоглощающей страсти и неминуемой вендетты. Но по мере развития событий, когда линии сюжета пересекаются и образуют замкнутый круг, по мере обнаружения степени кровного родства героев и по мере того, как мафиозные разборки в кадре принимают массовый характер, невольно понимаешь, что это не испанская баллада, а, скорей, индийский боевик с его бутафорской серьезностью и непременными открытиями вроде 'А она твоя сестра!' После всего фантасмагорического нагромождения событий и сюжетных поворотов не менее фантастично, но вполне закономерно смотрится развязка. Нам на блюде преподносят мысль, что месть оборачивается разрушительно для самих мстителей, что криминальный мир не щадит всех, кто с ним связан. Однако вместо катарсиса и сопереживания героям на происходящее взираешь с доведенным до хохмачества спортивным интересом - 'кто кого' и кто после всего этого бедлама останется в живых и на свободе. 'Гангстер' - яркий пример того, как непреодолимое стремление сценаристов написать второго 'Крестного отца', помноженное на их живую фантазию, превращают криминальную драму с заявкой на серьезность в водевиль с болливудским акцентом. Напоследок стоит отметить, что в поставленных условиях убедительно выглядит игра актерского ансамбля. На своем месте и Кьелль Бергквист в роли недалекого, но дотошного полицейского, и Зара Зеттерквист в качестве его блестящей, но движимой местью помощницы, и Микаэль Персбрандт, сыгравший жестокого и самодовольного, но справедливого отца мафии. В некотором роде всем актерам достаточно было просто изобразить яркие типажи и тем самым вывести конфликт картины на уровень шекспировской трагедии. Правда, опять-таки, в данном случае общими усилиями получился индийский мыльный боевик.