Слишком рано, слишком поздно

Слишком рано, слишком поздно. Даже и не знаю, что в этом названии больше - грустной иронии или же беспросветной тьмы. На протяжении всего фильма зритель ничего не увидит, кроме дорог, малонаселенной местности, коров и мало кому уже интересной статистики, сколько богатых и бедных было во Франции в начале 80-ых. Во второй части настроение фильма не меняется, разве что меняется место действия, и это Египет. Зрителю расскажут об оккупации страны Францией и Великобританией. Отбившись от одних, страна получила своих угнетателей. Что хотели донести создатели фильма, до конца не понятно. То, что революцию обязательно подхватят те, кто ее, без сомнения, извратит и направит борьбу в другую сторону. И что после нее останется лишь опустошение и бедняки не поменяются местами с богатыми. Но для такой мудрой, но заезженной мысли не обязательно снимать сто минутный документальный фильм, в котором ничего не происходит. В Треогане 10 состоятельных семей, 10 бедных и 10 нищенствует. Как говорится, стабильность. Статистика бедняков из деревень, не платящих налоги, нашего зрителя вряд ли заинтересует. А как быть с Парижем и бедными в таком большом городе? На начало 80-ых 650. 000 жителей и почти 119. 000 - бедные. Любопытно было бы посмотреть на статистику дня сегодняшнего. Хотя с учетом нынешних спекуляций и подмены понятий мы, думаю, получили бы не совсем честную картину мира. Не слишком темные люди все прекрасно понимают, но перекладывают всю ответственность на других. Но есть ли в фильме то, чем он может заинтересовать? Ну, пожалуй, понаблюдать за чудной природой и архитектурой Франции. Крестьяне восстанут - еще один лозунг, который мало кого сейчас трогает. Этот лозунг уже может закрашен, а здание снесено, но мы уже мчимся в другое измерение под названием вторая часть фильма, носящая неофициальное название: миф о том, что египетский народ поддерживает угнетение. Эх, как прекрасна природа! Но снова этот шум проезжей части и появляются силуэты людей. Перед нами долгожданный рассказ о восстаниях крестьян и простого люда против колонизаторов и угнетателей, которым на время удастся одержать победу и пожить в иллюзиях об окончательной победе низов над верхами. Но через несколько лет придут военные, которые снова начнут вешать лапшу на уши местным жителям о патриотизме, коррупции и будут призывать к тому, чтобы каждый человек должен начать с себя. И тогда общество ждут перемены к лучшему. Слова и популизм всегда побеждают, а руки со временем опускаются. Выдающиеся победы, которые уже никто не помнит. И не потому, что военные в конечном счете берут власть в свои руки, а потому, что всегда слишком поздно и слишком рано. Сорок лет восстаний против налогов, феодального рабства. Где все те борцы, что стало с их борьбой. Течением истории смыло не только борцов за справедливость, но и десятки властителей, но их место заняли другие угнетатели и другие угнетенные. Примечательна продолжительная сцена после сирены, в которой нам показывают людей, занятых не пойми чем: кто с велосипедами, кто на машинах, а кто разъезжает на тракторе. Разношерстая публика, ничего не скажешь, которая украдкой поглядывает на оператора. Толпа не заинтересована в своем разоблачение, в своем единении с дуракавалянием. Каждый человек представляет цифру один, но такое чувство, что все вместе они образуют не единое целое, а цифру ноль. Куда они направляются, есть ли у них идеалы - уже и не так важно. Это была очень долгая дорога. Дорога домой. И без лишних слов все было понятно. Ведь все так и останется без изменений.