Все к лучшему

Отличная короткометражка от Вагифа Мустафаева. В 30 с небольшим минут экранного времени вместить целую эпоху может только мастер. Смех сквозь слезы, реплики растасканы на цитаты, как минимум в нашей семье. 'извини, сестра, здесь у нас поворот. и вообще говорите по-русски', 'осторожно, ступенька', 'вперед и только вперед. -Ногами вперед. -это у них ногами вперед, а у нас головой вперед. -но мы же у нас', 'и наконец отдышавшись я предлагаю', 'представь себе. - щщас'. Сцену с проносом гроба по узким улицам старого Баку вобще не могу смотреть без смеха. Вроде драма, но смеешься до слез. Незаслуженно обойдена вниманием в странах бывшего СССР, даже на родине показывают обидно мало. Великолепный актерский состав, Яшар Нури просто бесподобен. Возможно поймет все ньюансы фильма только тот, кто жил в ту эпоху в Баку, но все равно рекомендую всем смотреть обязательно.

Чтобы снять самый страшный фильм о войне, не обязательно показывать сцены боевых сражений, кровь и расчлененные тела. Вполне достаточно на протяжении всей картины держать в кадре цинковый гроб. Более того, гроб может находиться далеко от поля боя. Но режиссер Вагиф Мустафаев вовсе не хотел снимать страшный фильм. В своей картине «Все к лучшему» он старался создать гармонию трагедии, радости, абсурда и оптимизма. Надеюсь, что старался. Как я уже открыл выше, на протяжении всех 30 минут картины зрители видят цинковый гроб, который кочует по Баку от одного порога к другому, в поисках последнего пристанища. Однако вследствие печальных недоразумений гроб, дважды погруженный в яму, в конце концов, вскрывают. Выясняется, что погибший солдат – армянин, тело которого, вероятно, по ошибке было отправлено в столицу Азербайджана прямо из эпицентра Карабахской войны. Разумеется, это обстоятельство делает невозможным погребения в земле, откуда фонтаном струится нефть - «Мировая общественность не так поймет». Солдат-армянин, до войны живший в Баку, возвращается по родному адресу, где уже обосновались новые обитатели. Там гроб остается до тех пор, когда один больной шизофренией предлагает захоронить солдата в Грузии, ибо, по его мнению, «это бы символизировало дружбу между тремя братскими народами: азербайджанским, армянским и грузинским». Но и на холмах Грузии цинковому гробу не суждено найти покой. По дороге гроб забирают азербайджанские военные, которые заявляют, что договорились с армянами об обмене телами. Гроб увозят. В фильме есть несколько сцен, где, как мне показалось, режиссер позволяет себе шутить «на грани». Так, например, в одном из эпизодов, когда гроб кочует с одного порога к другому, в узком углу коридора один из мужчин, носивших гроб, стучит в дверь, которую открывает женщина. Увидев гроб, женщина впадает в истерику, решая, что привезли ее сына, однако мужчина успокаивает ее: «Тише сестра, здесь у нас поворот!». Гроб не успевает полностью войти в дом женщины, когда его вытаскивают обратно – препятствие пройдено. Фильм получился пустым, от него несет безнадежностью. Идея фильма не в сближении народов, ничего не дает надежду на лучшее. Эта картина не Слово, а простая человеческая злость. В искусстве это легко чувствуется и оставляет неприятный осадок у зрителя. Ибо когда мы распахиваем свою душу, чтобы принять весь трагизм картины, Вагиф Мустафаев с цинизмом заявляет: «Тише, это всего лишь поворот!».