Вальс длиною в жизнь

После просмотра советской военной драмы «Помни имя свое» (1974) хочется плакать и верить в силу материнской любви. После просмотра латышского фильма «Вальс длинною в жизнь» (1990) плакать не хочется. Остается лишь странное чувство морального недоумения. Оба фильма — о разлуке матери и ребенка, разорванных войной. Оба — о попытке воссоединения спустя десятилетия. Но если картина Сергея Колосова — это гимн жертвенности, то лента Дзидры Ритенберги — это портрет вины, которую некому отпустить. В центре сюжета — латышка Велта, которая в годы войны влюбляется в немецкого солдата Вернера. Она оставляет маленькую дочь и уходит с любимым на Запад. Спустя 40 лет благополучная, ухоженная женщина приезжает в Латвию, чтобы взглянуть на ту, кого бросила. И здесь возникает главный этический разлом. В «Помни имя свое» мать (Зинаида) прошла через лагеря, потеряла здоровье, но не переставала искать. Ее жизнь — это подвиг. Даже приемная мать-француженка — образ самоотверженности, спасшей ребенка ценой собственных сил. А что же Велта? Где её страдания? Вместо лагерей и лишений — долгая, сытая, обеспеченная жизнь в ФРГ. Wirtschaftswunder, уют, достаток. И тихая грусть по ушедшей молодости. В сравнении с матерями из «Помни имя свое» фигура Велты провисает и вызывает не сострадание, а отторжение. **Роскошь рефлексии** Самое странное и раздражающее в фильме — это элегическая грусть Велты. Она приезжает спустя 40 лет, красивая, ухоженная, и позволяет себе страдать от ностальгии и чувства вины. Для зрителя, который невольно встает на сторону брошенного ребенка, эта вина выглядит фальшиво. Девочке все эти годы нужно было выживать с клеймом «дочери предательницы» (или просто брошенного ребенка) и как-то объяснять себе, почему мать ее оставила. А мать все это время просто жила свою жизнь и только под старость лет решила «копнуть прошлое». В психологии это называется «роскошью рефлексии»: тот, кто выживал, не имеет времени на самокопание — он действует; тот, кто жил сыто, может позволить себе страдать «высокими» страданиями. Велта хочет разделить с дочерью воспоминания, но у дочери нет воспоминаний о счастливом прошлом. У неё есть только травма брошенности. В фильме «Помни имя свое» мать не позволяет себе этой роскоши — она ищет, она в действии. Здесь же — статичное созерцание собственной потери, которое вызывает глухое раздражение: «Ты-то чего страдаешь? Ты там пироги ела, пока твоя дочь тут выживала». **Отсутствие раскаяния как поступка** Чтобы зритель мог оправдать Велту, в фильме должен быть момент действенного раскаяния. Момент, где она признает: «Я была неправа, я выбрала себя, а не тебя, и это мой позор». Но на протяжении всего повествования этого нет. Есть красивая печаль, есть воспоминания о любви, есть попытка прикоснуться к прошлому. Но нет покаяния. Мать не просит прощения за свой выбор — она хочет разделить воспоминания. Но у дочери этих воспоминаний нет. Режиссер выстраивает повествование так, что зрителю становится очевидно: единственная честная реакция дочери — остаться глухой к этому запоздалому порыву. И это не месть, это акт самосохранения. Принять такую мать обратно в сердце — значит обесценить все те годы, когда её не было. **Чужая среди своих** Велта из «Вальса» — не жертва обстоятельств, как Зинаида. Она автор своего выбора. И в этом её трагедия. Она могла остаться, могла забрать дочь, могла искать её после войны. Но она выбрала любовь и комфорт. И теперь, спустя 40 лет, она хочет не покаяния, а причастия к прошлому, из которого вышла добровольно. Авторы фильма не дают зрителю простых ответов, оставляя его в состоянии моральной неопределенности. Должна ли дочь простить? Должны ли мы сочувствовать женщине, которая приехала «понюхать воздух» детства, которое сама же и предала? «Вальс длинною в жизнь» — это фильм не о прощении, а о пропасти, которую не перейти. И о тихом чувстве стыда, которое зритель испытывает за героиню. Велта так и не поняла: нельзя разделить воспоминания, если тебя не было в самых страшных главах жизни твоего ребенка. Ее вальс звучит не как музыка жизни, а как реквием по тем, кого она оставила за кадром своего счастья.

Фильм Дзидры Ритенберги 'Вальс длинною в жизнь'(1990) является одной из редких кинокартин, которые сложно забыть. А дело в том, что тема, раскрытая в нем достаточно противоречива. Ведь Латвия, будучи оккупированной армией Вермахта в 1941 году, сильно пострадала от этих кровавых рук. Поэтому тема любви латышкой девушки Велты и немецкого солдата Вернера может показаться несколько невероятной. Но как только зритель погружается в фильм, он понимает, что эти два прекрасных создания должны были встретиться, не смотря, ни на что, точнее на войну. В кинокартине присутствуют несколько микротем. Помимо основной сюжетной линии запретной любви главных героев, здесь также раскрываются темы неугасающей любви к покинутому Краю, тема 'отцов и детей', обиженного ребенка и угрызение совести. Причем все они логично вытекают друг из друга, соединенные в общую канву этого необычного сюжета. Отдельно хочется отметить и игру актеров. Они настолько органично смотрятся в кадре, что невольно Вы подумаете, что смотрите на все это ни как на кинокартину, а как на реальную историю, случившуюся когда-то в далекие 40-ые года. Байба Брока (Велта в юности) и Астрида Кайриша создали единую личность смелую и милую девушку Велту. Обе актрисы до конца смогли раскрыть образ доброго и стойкого человека в непростых жизненных обстоятельствах. Что касается главного героя, то тут Интс Юрьянс показал соответствие внешнего облика и внутреннего мира своего героя. Пронзительный и чистый взгляд голубых глаз и нежный тембр голоса, он словно пришел к Велте не из строя жестокого солдафонства Вермахта, а из другого сказочного мира. Особенно пронзительно сыграла Индра Брике, отнятую судьбой дочь Бируту. Ее растерянный взгляд и холодная манера общения, говорят зрителю о непростом детстве этой героини. Помимо замечательного актерского состава 'Вальса длинною в жизнь' невозможно ни высоко оценить работу всей съемочной группы. По истине 'изюминкой фильма' стало разделение его на черно-белые и цветные кадры. Но только черно-белые - это 'сегодня' героини, цветные - прошлая жизнь в любимой Латвии. Это ясно показывает зрителю, что Велта живет больше прошлым, нежели своим настоящим. Композитор Унгарс Савикис тоже внес свою значимую ноту в кинокартину. Музыка четко показывает характер каждого эпизода. Если это танец героев, то это нежный сказочный вальс, если момент тревоги, то волнительная и напряженная мелодия. В конце, хотелось бы, выразить некое негодование и сожаление, по поводу того, фильм не получил широкой общественной огласки. Наверное, связано с тем, что кинокартина снята не в 'свое время'. А в прочем уже неважно позже или раньше она должна была появиться на экранах, ведь всему свое время. Главное, что такие шедевры есть и они доступны современному зрителю. Стоит только прикоснуться к клавиши компьютера, ноутбука или смартфона.