Триумф воли

Фильм от одного названия который у многих вызывает резкое отторжение и желание немедленно его запретить. Кино, которое принято считать абсолютным злом, запрещать, прятать и клеймить позором. Речь, конечно, про «Триумф воли» Лени Рифеншталь. Так вот, давайте отбросим в сторону идеологическую составляющую и посмотрим на этот продукт трезвым, профессиональным взглядом. Потому что если ты хочешь понять врага, ты должен изучать его оружие. А «Триумф воли» — это одно из самых мощных и совершенных пропагандистских орудий, когда-либо созданных человечеством. Для начала надо понять главное: это не просто документальный фильм. Это — не репортаж со съезда партии. Это — месса. Это — ритуал. Это — два часа чистого, концентрированного, дистиллированного нацизма, поданного с таким техническим совершенством и такой эстетической мощью, что даже сегодня от него по спине бегут мурашки. И разбирать его надо не с позиции «хорошо это или плохо», а с позиции «как это сделано и почему это так, чёрт возьми, эффективно». Пункт первый: Про лицемеров и двойные стандарты. Прежде чем начинать, надо сразу разобраться с одним моментом. Часто можно услышать мнение: «Как можно это смотреть?! Это же нацистская пропаганда! Этому надо ставить 1 из 10 и запрещать!» Люди, вы серьёзно? Вы когда включаете американский боевик, где бравые морпехи несут демократию в очередную страну третьего мира, вы не думаете о том, сколько реальных людей погибло от американских бомб во Вьетнаме, Ираке или Югославии? Вы когда смотрите советские фильмы, вы не вспоминаете про красный террор? Кино — это кино. Пропаганда — это пропаганда. Она есть у всех и всегда. И если ты пришёл оценивать фильм, то оценивай его как фильм: режиссуру, операторскую работу, монтаж, звук. А не свои детские представления о добре и зле. Отказываться смотреть или хвалить «Триумф воли», потому что его сняли нацисты, — это то же самое, что отказываться изучать автомат «Штурмгевер», потому что из него стреляли нацисты. Это — не моральная позиция. Это — уход от объективной оценки художественного произведения. Это подмена понятий, когда эстетику судят категориями этики. Врага надо знать в лицо. И его оружие — тоже. Пункт второй: Режиссура как религия. Лени Рифеншталь — это не просто талантливый режиссёр. Она — гений. И её гений — в том, что она сняла не политический фильм, а религиозный. Пришествие мессии. Фильм начинается не со съезда. Он начинается с того, как Гитлер летит на самолёте над облаками, как божество, спускающееся с небес на землю. Его тень падает на марширующие колонны внизу. Это — не просто красивые кадры. Это — чистая, незамутнённая мифология. Это — пришествие спасителя. Архитектура власти. Рифеншталь не просто снимает толпу. Она превращает толпу в орнамент. В живую архитектуру. Бесконечные, идеально выстроенные колонны штурмовиков, ряды знамён, симметрия, масштаб — всё это создаёт ощущение нечеловеческой, сверхъестественной мощи. Человек здесь — не личность. Он — винтик в гигантской, работающей как часы машине. И эта машина — прекрасна в своём ужасе. Ритуалы и символы. Ночные факельные шествия, речи, которые больше похожи на заклинания, море рук, взметнувшихся в нацистском приветствии, — это не политический митинг. Это — языческий ритуал. Ритуал поклонения вождю и нации. Рифеншталь инстинктивно нащупала то, что потом будут изучать психологи: толпа — это не просто сборище людей. Это — единый организм, который живёт по своим законам. И им можно управлять через символы, через ритм, через эмоции. Пункт третий: Монтаж как оружие. Но главный гений Рифеншталь — в монтаже. Она сняла сотни часов материала, а потом два года сидела в монтажной, собирая из этого хаоса свою симфонию. Ритм. Фильм имеет свой внутренний, гипнотический ритм. Медленные, патетические сцены сменяются быстрыми, энергичными. Крупные планы восторженных, почти экстатических лиц сменяются общими планами гигантских масс. Это — как музыка. Она захватывает тебя и не отпускает. Эмоциональные качели. Рифеншталь мастерски играет на эмоциях. Вот тебе трогательные сцены с детьми, которые дарят Гитлеру цветы. Вот тебе молодые, красивые, здоровые парни из трудового фронта, которые с песнями маршируют с лопатами на плечах. А вот — грозные, закованные в чёрную форму эсэсовцы. Она создаёт образ нации-семьи. Единой, сильной, здоровой, готовой и трудиться, и воевать. Звук. Это — не просто речи и музыка. Это — звуковая партитура. Рёв толпы, бой барабанов, пафосная музыка — всё это сливается в единый, оглушающий поток, который бьёт не по мозгам, а по подкорке. Пункт четвёртый: О чём это кино на самом деле? «Триумф воли» — это не про идеологию нацизма. В фильме практически нет ни слова про антисемитизм, про «жизненное пространство» или про расовую теорию. И это — самый хитрый и самый страшный приём. Это — фильм не про что, а про как. Он не объясняет, почему ты должен стать нацистом. Он показывает, как круто быть нацистом. Он продаёт не идею, он продаёт ощущение. Ощущение причастности к чему-то великому, мощному, единому. Ощущение того, что ты — не просто одинокий, маленький человек, а часть несокрушимой силы, которая изменит мир. Именно поэтому этот фильм так опасен. Он работает на самом примитивном, на самом базовом уровне. Он обращается не к разуму, а к инстинктам. К жажде силы, к потребности быть частью стаи. И делает это с таким талантом, что противостоять этому очень трудно. Итог «Триумф воли» — это произведение искусства. Зловещего, чудовищного, но, безусловно, гениального искусства. С точки зрения кинематографического ремесла — это шедевр. Режиссура, операторская работа, монтаж — всё это находится на запредельном, недосягаемом для большинства уровне. Лени Рифеншталь создала язык пропаганды, которым пользуются до сих пор — от политических роликов до рекламных клипов. Оценивать этот фильм — всё равно что оценивать красоту атомного гриба. Да, это завораживающее зрелище. Да, это демонстрация невероятной мощи. Но ты понимаешь, что эта мощь несёт только смерть и разрушение. А поскольку мы здесь разбираем кино как ремесло, то надо быть честным. Это — шедевр. Изучать его надо обязательно. Чтобы понимать, как работает зло. И как оно может быть чертовски привлекательным. 10 из 10 (как образец пропагандистского кино)

Я смотрел, чтобы оценить прежде всего вклад этого фильма в кинематограф, потому что, действительно, для 1935 года это крутой фильм с точки зрения монтажа (безусловно, вклад Эйзенштейна и его «Броненосца» в то время был колоссальный) и с точки зрения технических достижений камеры (в одном из кадров камера установлена на дирижабле, пытаясь захватить в кадр десятки тысяч солдат СС (впрочем этого ей не удалось). Камера активна двигается в кадре, создается впечатление моментами, что это ручная камера новой французской волны. Во-вторых, хоть и этот фильм и считается пропагандой Третьего Рейха (в начальных титрах указано «Создан по заказу Фюрерра), название которому дал лично Гитлер, лучше всего здесь подходит определение «патриотический». В фильме есть прославление Германии и ее лидера, но нет пропаганды тогдашних ценностей НСДАП. И, безусловно, благодаря этому фильму, на мой взгляд, сформировалось дальнейшее пропагандистское реальное кино. К «Триумфу силы» нужно относиться как к чистому искусству и значимому фильму в истории кинематографа. В-третьих, очень интересно взглянуть на Германию Третьего Рейха не со страниц послевоенных книг истории или фильмов о германии того периода других стран, а со стороны того, что происходило в массовом сознании настоящих немцев спустя «16 лет после начала немецких страданий» как гласят одни из вступительных титров. Все это создает более детальное и визуальное представление почему же Гитлер пришел к власти и повел массы за собой, учитывая знания истории и в частности Версальского мира. Ну и в-четвертых, учитывая текущую политическую ситуацию в мире, этот фильм интересно смотреть, анализировать и сравнивать с текущей ситуацией.