Одиннадцать писем к Богу

Центром событий фильма является горный интернат: колыбель бесприютности для брошенных и надежды для оставленных. Оттуда пишутся письма самому Богу мальчиком-альбиносом. Мальчиком – не человеком, мальчиком – метафорой ангельского в человеческом. Каждое из его писем представляет собой ученический конспект, отражающий ту или иную мысль (идею, позицию), которую давно повзрослевший режиссёр неудачно стилизует под детскую речь, намеренно уродуя синтаксис, подвергая неверному толкованию слова и понятия. Кроме постановщика Акима Салбиева, в сценаристах значится некий Дмитрий Курилов – специалист по мелодраматическим сериальным штамповкам. Сценаристов, впрочем, могло быть и больше. Каждая сюжетная линия-зарисовка словно писалась разными людьми, а после альманах вынужденно скрепился в единую канву тетрадными клочками, по одну сторону которых – клейкая лента, а по другую – те самые имитаторские слезливо-фальшивые эпистолы. Алчные чиновники салтыково-щедринского типа хотят снести интернат под электростанцию. Директриса противостоит бездушным и уродливым жуликам, прикрываясь именем А. С. Пушкина. От напыщенной душевности к школярскому гротеску. От кавказского застолья к негру с балалайкой. От вмонтированных классических кадров из «8 1/2 » к затяжному эпизоду с изображением ритуализированной свадьбы. Феллини понадобился, чтобы вставить нелепую шуточку про короткую половинку. Свадьба нужна для того, чтобы нагнать метраж. Ещё для экзотического колорита, потому что экзотика задерживает внимание уже одной причудливостью сегмента. Кладбище смыслов и дерзаний заполняется со скоростью двадцати четырёх кадров в секунду. Журнал «Playboy» появляется, когда надо что-то сказать про секс. Вызов на дуэль брошен, когда надо задуматься о вечных ценностях. Притча об орлах рассказана, когда задуматься стоит о ценностях вечных. Как героиня, отвергнутая подлецом на Мерседесе и сразу же упавшая в горячие длани хромого благородного бедняка. Как феллиниевские танцующие толстушки. Как голая намыленная женщина под душем, напевающая с убийственным акцентом мотив из «Титаника». Как сострадательный ангелоликий мальчонка выдающий под занавес жалобную «Песенку мамонтёнка». В одной руке у режиссёра пинцет, в другой кувалда. Смотреть «Одиннадцать писем к Богу» мучительно больно. Занятые исполнители лишены артистической органики. Диалоги далеки от естественности. Манипулятивные сюжетные коллизии раздражают. Технический уровень фильма - чудовищный. Претензия на авторское высказывание так и осталась претензией. В общечеловеческом послании не оказалось ничего человеческого.

После стольких карательных отзывов, решила-таки сама посмотреть этот фильм. Готовилась к худшему. К удивлению, ничего крамольного не увидела. Никакого дикого оскорбления собственного народа и прочего, о чем распинаются злопыхатели Акима Салбиева. Просто диву даешься, когда на просторах интернета натыкаешься на негативные отзывы - близнецы. Наивно, просто, бедно. Порой создается впечатление, что это документальные съемки. Многие актеры здесь не актеры, а люди, не имеющие к кинематографу никакого отношения. Дети в том числе. От этого фильм не проигрывает, отнюдь. По-моему, даже наоборот. Это не Тарковский. За глубокими мыслями, зашифрованными в кино-ребусы - не сюда. Чистая проза жизни. Есть моменты, которые вызывают неприятие. По мне так лучше бы их не было вовсе. Перебор явный с образами заезжих чиновников, например. Откровенная котовасия. Если абстрагироваться от личности самого режиссера, (которая не дает покоя некоторым 'патриотам' на его родине) можно прочувствовать атмосферу, погрузиться в быт этих интернатских ребят, понять директрису, которая всем сердцем, как может оберегает 'своих' детей. Курит она понимаете ли...Оскорбили национальное достоинство Осетии! Слов нет... хочется спросить 'критиков' и 'патриотов - а что в Осетии женщины не курят?! Или там взяток не берут?! Или те, кого оскорбила действительность, днюют и ночуют в местных, Богом забытых, интернатах? Знают, как на самом деле там обстоят дела... Сомневаюсь. Конечно, если бы фильм был снят полностью на родном языке - это был бы другой фильм. Те моменты, которые проиграны на осетинском, родном для персонажей - более, берущие за душу. Веришь в такие моменты героям больше. Еще один приятный момент: весь фильм не покидает ощущение, что смотришь кино, снятое на северо-осетинской киностудии в каком-нибудь 1975 году. Это своеобразный бонус! В целом впечатления от просмотра только светлые. А это немаловажно. Фильм без претензий на шедевральность. 7 из 10