Лесной царь

Фолькер Шлёндорф – один из самых знаковых кинорежиссеров ХХ века. Наибольшую славу он снискал благодаря фильму «Жестяной барабан», получившему Оскара и Золотую пальмовую ветвь в Каннах. Однако среди его многочисленных признанных работ есть и менее известные, одина из которых «Лесной царь». Несмотря на столь высокий уровень режиссера, лента является буквальной экранизацией одноименной книги Мишеля Турнье, вне авторских переосмыслений. Француз волею судьбы оказывается в плену у немецкой армии и становится эдаким вербовщиком детей с чисто арийскими чертами для школы новобранцев молодой армии рейха. Неся свою определенную роль в судьбах людей, главный герой Абель ведет себя как блаженный, он не понимает, в каком месте он очутился, кто те люди, которым он служит (загородное имение высших чинов Германии), и чем сам занимается – свято веря в спасение детей, отдает их в лапы нацистов. Как ни странно, но история второй половины фильма, показывающая подготовку юных новобранцев в немецком замке, увлекает значительно меньше первой, где демонстрируется созерцательное отношение к действительности со стороны главного героя. Тут как раз крайне уместна сдержанная манера игры Джона Малковича (отчасти потом им развитая в последнем фильме Антониони «За облаками»). Путешествия чудаковатого Абеля и закадровый голос Малковича будто визуализируют дневниковые записи, его страстное желание соединения с природой. Картину «Лесной царь» нельзя отнести к выдающимся, здесь есть свои «но» - это и экономно исполненная роль Малковича, и достаточно прямолинейная экранизация книги (когда всё самое значимое просуммировано в некий конспект), и то, что по большей части вес этой ленте придает имя Шлёндорфа – одного из самых значительных мэтров в немецком кино. Однако режиссерскому гению и здесь удается перешагнуть через категорию «простого кино», показать зрителю легкий элемент сказочности и поэтичности происходящего, чередуя его с визуально мощными эпизодами, и заканчивая почти библейской тематикой искупления за содеянные грехи, путем спасения юной души… 7 из 10

«Лесной царь» Ф. Шлендорфа – экранизация романа М. Турнье, проникнутая атмосферой сказки, легенды, особой поэтичности в истории Абеля, любящего детей и дикую природу. Наивность главного героя, его восприимчивость ко всему необычному начинает отталкивать зрителя после того как он попадает в ловушку: нацисты использует его сначала как помощника лесничего, потом как вора детей для гитлерюгенда. Фильм посвящен памяти Луи Маля, в данном случае - очевидна интертекстуальная связь с его скандальной картиной «Лакомб Люсьен», нетрадиционно трактующей тему коллаборационизма французов. Абель сотрудничает скорее по наивности, чем по злому умыслу, сам не понимая, кому он служит - Малкович играет его в своей привычной манере: несколько расслаблено, рассеяно, с лицом растяпы, что в применении к данному образу достаточно уместно. Стремясь экранизировать не роман в целом, но фрагменты из него, Шлендорф делает некоторые эпизоды «ударными» (особенно эффектен финальный штурм крепости, этакий местный апокалипсис), другие наоборот – ходульными (например, когда Абель спасает мальчика-еврея, это выглядит как своеобразное искупление его вины коллаборационизма, того, что он фактически губил детей, заманивая их в ловушку). Сам образ Огра, лесного царя, людоеда, похитителя детей, невеяного легендами, находит несколько комически сниженное воплощение в Абеле. Режиссер стремится организовать свой фильм как ритмически сбалансированное целое, однако это ему не всегда удается, особенно в эпизодах, предшествующих попаданию Абеля в замок гитлерюгенда, сильно уступающим дальнейшим сценам по драматической напряженности. Фильм не свободен от голливудских стереотипов, особенно в плане монтажа, что же касается актерской игры то она (за исключением Малковича) по-европейски сдержана и изящна. Особо следует отметить исполнительскую манеру Ф. Шпенглера, знакомого синефилам еще по фильмам Фассбиндера, чрезвычайно органично выглядящего в роли Германа Геринга, показанного хамом и сумасбродом, носителем мещанской неотесанности немецкого среднего класса. Одним словом, фильм неоднороден, балансирует между европейской и голливудской кинематографическими традициями, взяв от последней эстетику широкомасштабных исторических постановок, а от первой – манеру актерской игры, операторского искусства и музыкального сопровождения. Музыка М. Наймана, долго и плодотворно работавшего с П. Гринуэем, и на этот раз не свободна от узнаваемой барочной тональности, которая особенно эффектна в сценах охоты и финальной битвы в крепости. Режиссер закольцовывает фильм символически рифмующимися эпизодами: пожар в начале и пожар в финале, Абеля в детстве несет на плечах его хороший друг, в зрелости он сам несет еврейского мальчика, католическая школа в начале показана как репрессивный институт по воспитывающий детей и вдалбливающий им в головы догмы, гитлерюгенд в финале показан в таком же ключе. В то же время Турнье и Шлендорф достаточно дальновидны, чтобы не смешивать христианство и нацизм: в финале звучит монолог Абеля о важности спасения ребенка для собственного спасения, он фактически примиряется с моральными основами христианства, воспринимая их как альтернативу нацистскому кошмару. Как экранизация фильм свободен от буквализма и иллюстративности в интерпретации литературного текста, достаточно убедителен в выборе средств киноязыка, однако, лишь частично передает атмосферу легенды и поэтический стиль, свойственный книге М. Турнье.