Смерть единорога

A24 продолжает эксперименты по генетическому скрещиванию жанров. Теперь с хоррором попытались объединить то ли хтоническое фэнтези, то ли комедию, то ли социальное высказывание на тему злостного капитализма. Спойлер: ни одна из трансформаций на деле не удалась. 'Смерть единорога' практически с любого угла кажется недокрученной и лишней. Наверное, кроме итогового каста Сложный подросток (хотя она уже учится в универе) Ортега вместе с отцом Полом Раддом едут по заповедным далям Канады к его боссу. Тот находится при смерти и собирается назначить папу девочки ответственным за нажитое богатство после собственной кончины. Прежде чем прибыть в разросшийся до замка охотничий домик со слугами, наши герои умудряются сбить какое-то животное. Рассмотрев бедолагу, они понимают, что перед ними единорог. Что делать с огромной раненной белой лошадью со светящимся рогом посреди лба и почему защищенная вилла на живописном озере больше не безопасна, фильм будет разбираться ближайшие полтора часа Жанровая путаница - главный аргумент в спорах о том, что же все-таки мешает этому фильму с весьма оригинальным зачином. В какой-то момент богачи так ловко изображаются карикатурами, что кажется вот-вот в 'Единороге' наступит левый поворот. Биг фарма - жестока и бессердечна, капитализм - зло во плоти, а карьеризм - дорога в один конец. Добавим еще и общественную пугалку про потенциальное бессмертие для богачей. Но нет Режиссеру Алексу Шарфману внезапно захотелось покопаться в мифологии и устроить ревизию. Мы привыкли, что выдуманные существа в том или ином легендариуме всегда с одной краской. Феи - добрые, гномы - жадные, эльфы - хитрые, а что если наоборот. Что если лошадь с рогом не только испражняется радугой и весело скачет по полям-по полям, а несет в себе заряд мстительного убийцы? В ход у Шарфмана идут средневековые гобелены, рассказы у костра и расшифровка древних тайн чуть ли не в стиле 'Кода да Винчи'. Да и чему удивляться, если героем хоррора уже был даже Винни-Пух Вторая проблема этой солянки - жестокая правда карикатур. У умирающего патриарха есть дочь и внук. Оба отыгрывают настолько плоские амплуа, что их действия и судьбу в финале - бесперспективная ставка в лоне любого букмекера. Дочка - пародия на богатого лайв-коуча, которая за сладостными речами скрывает, прежде всего, тигриную верность семье. Внучок - в меру поехавший болван, обожающий джакузи и что-нибудь нюхнуть. Странные попадание и у базово положительных персонажей. Ну какой карьерист из идеального Радда, да и с Ортегой есть вопросики - она снова отыгрывает персонажа явно помладше себя, такую застрявшую в реальном мире Уэнздей Создатели 'Смерти единорога' экономили везде, где было можно. Да и нельзя тоже. Спецэффекты, особенно при свете дня, выдают видеоигру из прошлого десятилетия. Нарочитая жестокость скорее не ужасает, а раздражает. Чего, в конце концов, нам бояться? Того, что единороги победят и отстоят своё, или их поражения, когда в мире возникнет еще одна преступная цепочка доставки благ власть имущим? В этих парадоксах теряется главное, чем могла взять история. Мотивации находятся с той же световой скоростью, что и теряются. Особенно у единорогов, но ладно, они все-таки звери. Сюжетных твистов практически нет, а бытовой экшен чрезвычайно предсказуем. Нам снова показывают историю всего хорошего против всего плохого. Решающая специя - ремонт семейных отношений - и вовсе сделает блюдо несносным Как итог, 'Смерть единорога' - как те самые средневековые ирландские саги, прошедшие века цензуры. В них обещают много жести, смысла и вересковых лугов, а получают лишь радужные сопли единорогов да саундтрек U2 на фоне. Универсального рецепта успеха по-прежнему не существует. Хорошему кино недостаточно заявить слово ревизия, найти вышитое изображение в модной художественной галерее и пригласить звезд. На что рассчитывать, если даже тема акне у Ортеги не раскрыта и брошена где-то посередине

Студия A24 в 2025 году сталкивается с трудностями в работе с новыми авторами, но продолжает давать им шанс в надежде, что даже если дебют окажется неудачным, в следующих проектах удастся разглядеть уникальный почерк режиссёра. 'Смерть единорога' начинается как камерная семейная драма: отец-одиночка (Пол Радд) и его дочь (Джена Ортега) отправляются на деловую встречу, на которой отец должен получить долю в крупной корпорации. Однако по пути они сбивают странное существо, и в этот момент фильм резко меняет жанр, оказывается, что сбитым животным был настоящий единорог. С этого момента история теряет фокус и смешение жанров драмы, хоррора и социальной сатиры выглядит амбициозно, но в итоге мешает целостному восприятию. Это не столько провал, сколько результат чересчур сложной задачи, с которой создатели не справились. Критиковать фильм как откровенно плохой значит упускать нюансы ведь это не просто неудача, а эксперимент, в котором многое пошло не по плану. Хотя 'Смерть единорога' и не предлагает ничего особенно нового в критике капитализма, она по крайней мере пытается говорить на эти темы нестандартным языком. Несмотря на жанровую неразбериху, фэнтезийная составляющая работает интересно. Переосмысление единорогов, обычно добрых и сказочных существ, как опасных, кровожадных хищников выглядит по меньшей мере смело. Сцены насилия добавляют фильму динамики, хотя многие из них сняты в темноте, вероятно, в угоду скромному бюджету. Юмор в фильме временами действительно остроумный и шутки работают лучше, чем во многих современных комедиях. Особенно выделяются персонажи Пола Радда и Уилла Поултера, которые уверенно отыгрывают свои роли, не теряясь в общем хаосе. Тем не менее, при всех своих достоинствах, фильм оставляет ощущение растерянности. Сложно понять, для какой именно аудитории он был создан. Его трудно оценивать как цельное произведение, слишком многое здесь разрознено, а основные идеи тонут в жанровом и тематическом переизбытке.