Эйзенштейн в Гуанахуато

В искусстве есть много выдающихся персонажей. Живопись, литература, кинематограф и т.д. Везде найдется парень/девушка который перевернет довольно простецкую идею во что-то изумительно прекрасное, в то что даст людям новые ощущения и даже ориентиры к их вакханалии из взлетов и падений, обычно называемых жизнью. Конечно же найдутся истинные фанаты того же Тарковского, посмотревшие 'Солярис' и понявшие что вот оно, светило российского кинематографа. Я не буду против, но и не соглашусь. Эйзенштейн, вот кто по моему скромному мнению отдал всего себя искусству и разбился в лепешку о гранит этой науки. Именно науки, поскольку он был конечно не единственным, но и не мало важным первопроходцем в выразительности именно технической; через монтаж и операторские ухищрения наш пленочный маньяк показывал всю полноту чувств героев и масс. В основном Эйзенштейн показывал ярость, спровоцированную духовным порывом изменений, что кстати можно отчасти считать началом снафф фильмов, сопряженную с безудержной агрессией. Самое главное зритель это чувствовал, но все ли нам смотреть на яростную борьбу человека с проклятым империализмом(я так не считаю, коммунизм не очень получился)? Есть же и другие ценности в нашей с вами жизни, например любовь. Это и понял Эйзенштейн в своей поездке по Мексике. И об этом собственно и повествует картина. Но все ли в ней так хорошо, как в моих влажных фантазиях? Из увиденного хочется рассортировать происходящее на две отдельные группы: одна прелестная, вторая странная. Надеюсь никто не запутается. Первая кучка кадров и минут нашего времени. Фильм - неплохая документалка о Мексике. То ли дело Эйзенштейн из фильма, превращаясь из циничного гения, обиженного всеми и особенно партией (много времени уделено колким комментариям в сторону советского Союза, что не может оставаться без внимания как у обиженного советской властью, но, внезапно не заставшей ее (меня), так и у прожженного коммуниста, который скорее всего выключит фильм на 10 минуте), становится изумленным туристом, сумевшим прочувствовать весь колорит страны. Все это сдобрено отличными кадрами, будто с рекламных роликов турфирм, теперь все 40 песо в моем кармане так и ждут, когда я потрачу их на путешествие. Особенно радуют монтажные решения, вроде разделения кадра на три составляющие, тот момент когда мечтаешь чтобы третий глаз был на лбу, а не там где он сейчас. Также, фильм - это неплохой экскурс в историю самого Эйзенштейн. Добрая половина сцен начинается именно с рассказов самого главного героя о его путешествиях и их последствиях. Проблема лишь в том, что история заканчивается на словах... Так, мы плавно переходим ко второму нагромождению кадров и минут. Фильм - это размышления. Эдакий трактат мыслей Эйзенштейн о жизни, смерти и конечно же любви. Всё это выглядит достаточно интересно, ну знаете, размышления интересного человека на интересные темы, в обертке того настоящего, в которым живет персонаж. Особенно это завораживает, когда настоящее героя основано на нашей с вами жизни. Разговоры о кино так вообще доводят до состоянии сродни оргазму. Но вот тут появляется то, с чем очень сложно согласиться массовому зрителю, а может и не только. Фильм - это любовь. Любовь показанная в лоб, слишком коряво и надуманно. Дело даже не касается сексуальных предпочтений персонажей, нет. Любовь в этом фильме выглядит каким-то актом лицемерия, когда все должны расступиться перед главным героем и дать ему наслаждаться тем кем он хочет. Я пониманию, что автор хотел показать раскрепощение персонажа, его выход за рамки построенные только лишь им самим. Взять хотя бы сцену с 'лишением девственности'. Она лишь показывает что режиссеру было трудно показать изменение героя и он решил пойти в лоб, чтобы уж точно все всё поняли. Как по мне это отчасти портит фильм, около 15 минут порчи фильма без смс и регистрации. Но вот такое оно, современное искусство: непонятное, зато увлекающее. Что же в целом хочется сказать о фильме. Смерть и секс лучшие друзья. Так почему бы не насладится ими? Всех благ.

Очень ожидала этого фильма, так как личность Эйзенштейна мне жутко интересна. И фильм о части биографии этого творца мне показался очень привлекательным в плане просмотра. И вот фильм включен, и можно ли это назвать это фильмом? Я собираю все воспоминания о просмотренном творении: отрывки сцен, фрагменты, ракурсы, диалоги, и подвожу итоги: фильм развлекает, дает размышления на пустом месте и в некоторых моментах эстетически завлекает, но этого будет маловато для хорошего фильма. Не глубоко знакома с точными критериями разделение фильмов на арт-хаус и мейнстрим, но по ощущениям... Этот фильм, что ни на есть арт-хаус, идея которого зародилась в голове режиссера Питера Гринуэя и требовало срочно выйти наружу и вышло со всем тем впечатлением (если хотите вдохновением), которое как я понимаю вызывает личность и творения Эйзенштейна у автора фильма, и все это сдобрено с его опытом. Эйзенштейн - гений кино, храбрец в этом деле, новатор. Если бы я была режиссером, я несомненно попыталась бы уподобиться ему, равнялась бы не него, такие личности будучи мертвыми влияют на умы людей и владеют ими... Так Эйзенштейн завладел Питером Гринуйем. И Питер захотел завладеть Эйзенштейном, и сделал это во всех смыслах. Выбор поездки Эйзенштейна в Мексику не случаен, предположительное лишение девственности, доказательство которого так тщательно искалось в архивах, не случайно. Если выбросить из головы то, чтобы снять жизнь Эйзенштена надо посетить Россию, а снимать о России в России не безопасно иностранцу и также очень дорого во всех смыслах, а съемки в Мексике куда более осуществимы (посещение США тоже не так интересно, в силу того, что задевать голливуд тоже очень не безопасно, дорого и довольно прозаично - в последние годы фильмы о старом Голливуде популярны, а значит не интересны таким интересным личностям, как Питер Гринуэй и его поклонникам), если все это забыть, то посещение такой красочной страны, как Мексика, которая жестко контрастирует с Россией и события предположительного сексуального освобождения, ну и в целом, освобождения от лап советской власти Эйзенштейна - очень хороший зачин для хорошей сказки арт-хауса, которую можно наполнить всевозможными невозможными и возможными декорациями, существовавшими персонажами, которых не было тогда, добавить реалистичной сексуальности, которая не сексуальна, карикатурность обязательно, сдобрить все это абсурдом высшей степени и прекрасными вырванными из неба фактами, разговорами о Эросе и Танатосе и облить все это визуальными заигрываниями с будущей эпилепсией зрителей. Питер Гринуэй, как мастер своей эпохи, чует веяния времени и чудно сталкивает, смешивает смерть, жизнь, секс, любовь, красоту и мерзость. Но такое имеет смысл и впечатляет только в том случае, когда это имеет отношение к реальности, когда зритель что-то выносит для себя или на худой конец оценивает придуманную экранную реальность, тогда зрителю интересно, а что для этого нужно... Сюжет? Допустим его нет. Диалоги, монологи? Очень-очень натянуто претенциозные, с каждой минутой своего произнесения теряющие свой смысл. Игра актеров? Ну допустим, актер, играющий Эйзенштейна хорошо сыграл мужчину, лишаемого девственности, все остальное театр, а в театре тоже нужны диалоги, нужен контекст действий, игры, эмоций. А так как сюжета нет...Остается, какие-то вложенные смыслы, скрытые в оборванных сюжете, игре и диалогах, что-то лежащее в области ракурсов, кадров, картинки - есть ли это? Да, безусловно к этому стремились. Некоторые вещи, так и хочется вырвать из фильма и показать отдельно, они от этого не испортятся, потому что не важно кто и что на картинке, почему и прочее... Важен тот смысл и все. А смысл этот понятен не всем, а порой его и нет, и это лишь потуги поиска смысла на пустом месте. А место, как уже понятно очень пустое. Спасибо Эйзенштейну за то, что он вдохновляет режиссеров на такие эксперименты. Но я бы предпочла другой фильм о биографии этого великого человека, в котором больше обратили время на его личность, на его достижения, на его истинные конфликты (хотя я не исключая, что конфликт гомосексуализма имел место, но не в такой гиперболизированный до тошноты форме, и никакие душевные разговоры с секретаршей не спасут весь этот фрейдовский ужас), на то, как он снимал фильмы! Боже! Он же делал это, даже мечтая вступить в соитие с красивым мексиканцем, он делал фильмы! В этом суть... Если бы все было, как снято в фильме, то Эйзенштейн был бы знаменитым гомосексулистом, а не режиссером. Вот она проблема... Фильм лишь радует тем, опять же, фактом своего существования и связью с Эйзенштйеном, как эта личность вдохновляет и воодушевляет людей, в какой форме они выражают все это, как они представляют своего вдохновителя.