На удивление строгая и изысканная ранняя чёрно-белая работа Бертрана Мандико, напоминающая «Человека-слона» Дэвида Линча и «Сны» Алекса Пройаса, полностью посвящённая личности ушедшего в 2006 году известного польского аниматора и эрото-эстета Валериана Боровчика, что можно считать хорошим подарком родины сюрреализма поляку-эмигранту, так же тяготевшему в своём творчестве к оному. Среднеметражное по продолжительности кино, собранное в форме фантасмогорического алфавита, обращается к жизни автора «Аморальных историй» и «Зверя», с проникающим туда влиянием метафизики и воображения. Рождённый на свет хоть и полнокровными родителями, но будто бы не без вмешательства самой природы, Боро сам себя представляет заточённым в ящик, полным неведомых тайн, с одной лишь дырой, очень удачно подошедшей впоследствии для глазка древней, мохнатой, сочащейся выделениями кинокамеры, будто позаимствованной из фильмов Кроненберга. Что можно считать интересной метафорой тернистого пути арт-вуайериста, раскрепощавшегося через синематограф. В сорок минут органично умещаются цитаты Валериана о странных отношениях с семьёй, первом сексуальном опыте, о сорежиссёре Яне Ленице и кинокритике, от похвалы до презрения. Хотя целью Мандико была всё ж наверное не историческая справка, а поэзия свободы самореализации. 8 из 10