Даг Стэнхоуп: Никчёмный герой

Некоторое время назад, тогда, когда нон-конформизм еще не стал пристанищем для различного рода позеров и иже с ними, когда к борцунам с системой себя не причислял каждый первый, когда выход на площадь с плакатом в качестве протеста еще считался довольно смешным перфомансом, был Даг Стэнхоуп. Человек, которого сейчас уже нон-конформистом называть как-то и не хочется: слишком глупо и по-простому прозвучит, мол, 'А ещё один неудачник, желающий бороться с системой'. Были, конечно, и ещё люди, а то ведь можно подумать, что один Стэнхоуп стоял на пьедестале и вещал. Конечно, нет. Были и другие, но условия у них были примерно те же: занюханные клубы с прокуренными насквозь стенами, 100-200 человек в день и желание хоть немного, самую чуточку изменить мир. Каждый старался донести свои идеи людям доступными ему методами. Стэнхоуп - через стенд-ап. Никчемный герой - это тот, который говорит разумные вещи, тот, которого слушают день за днём, но тот, который не в состоянии что-либо изменить, при этом по-настоящему того желая. Ему кричат из зала 'Ещё, продолжай!', но вот он выходит из клуба, а зрители остаются на ненавистных работах, с ненавистными партнёрами, в ненавистном государстве. Весь концерт Стэнхоупа - надрывный и обреченный на непонимание многими, при этом, очень честный и проникновенный монолог о социальных проблемах и об их восприятии обществом. Легализация наркотиков, терроризм, аборты, религиозная педофилия - неполный список того, что оказалось под микроскопом комика. Список тем для комедианта невероятно серьёзен, но у Дага получается удержать взятый вес, вставляя между рассуждениями о насущном шутки и хохмы разной степени удачности. Стэнхоуп говорит непопулярно, добавляя при этом, что и уважения и новых друзей ему не нужно - он здесь лишь на один вечер, и ему по большому счёту плевать, что о нём подумает кто-то из зала. Человек далеко не самой приятной наружности, Даг призывает бросать работу, если вы не готовы работать на ней за бесплатно; прекратить бездумно плодиться; переосмыслить свои позиции о легализации наркотиков, при этом прекрасно понимая, что всё останется так как есть. Потому, что система всё равно сильнее, и что главное - громаднее. И орать на двести пьяных рож в занюханных клубах каждый день в надежде что-то изменить - это не выход, и сам Стэнхоуп через восемь лет скажет об этом в своем очередном спешле. Однако есть и ещё одна причина, и она в том, что Стэнхоуп говорит для аудитории широкой, но при этом очень и очень узкой. Для широкой - потому, что говорит понятно, доступно, говорит о том, что видят все. Для узкой - потому, что размышления его слишком отличны от тех, что люди привыкли слышать не то что с экранов телевизоров - даже от людей, находящихся вроде бы в оппозиции общественному мнению. Это наталкивает на вывод, что согласится с комиком лишь тот, кто и сам имел ранее подобные мысли. Остальные же либо тихо осудят Стэнхоупа, сконструировав вид глубокого непонимания, либо послушают, покачают головой и продолжат дальнейшее существование. Ценность часового номера от этого, впрочем, нисколько не уменьшается, однако та самая никчемность на весах значительно перевешивает. 'Никчемный герой' - умный, честный, резкий, актуальный и поныне социальный манифест, которому изменить положение вещей в этом мире хоть на йоту, увы, не суждено.