Паганини: Скрипач Дьявола

Каждого великого музыканта завистники обвиняли в сделке с дьяволом. Фильм 'Паганини: Скрипач дьявола' как раз из таких историй. В нём нет мистики, и присутствие Дьявола как такового больше похоже на метафору. И всё же обворожительный Урбани в исполнении великолепного Джареда Харриса (Валерий Легасов в сериале 'Чернобыль') заставляет поверить в обратное. Нам показана фантазия на тему жизни великого скрипача Николло Паганини и его визита в Англию. В начале пути опустошённый неудачами Николло соглашается на помощь невесть откуда свалившегося Урбани, разговор с которым больше похож на сделку с Дьяволом. Спустя время карьера музыканта резко пошла в гору, и его обожает вся Европа. Осталось лишь покорить Англию, что ему и предлагает обанкротившийся промоутер Джон Ватсон. Там-то порочный и ветреный Николло, имеющий внебрачного сына Ахилла, встречает свою любовь - дочь того самого промоутера Шарлотту. Её чистота и независимость, хоть и на время, позволили Николло быть собой. Но личное счастье, видимо, не входило в контракт с Урбани. Выбор Николло был давно сделан. Именно о выборе идёт речь в этом фильме. Нам со всех сторон показана слава великого Николло Паганини, при этом мы видим, насколько он несчастен в личном плане. Он изначально мог выбрать безвестную жизнь, но с шансом найти настоящую любовь, но выбрал славную, но пустую, жизнь, при этом дав шанс безызвестной девушке стать знаменитой и любимой. Главным украшением фильма, несомненно, является скрипач Дэвид Гарретт в роли Николло, самостоятельно исполнивший произведения великого музыканта. Вторым же является Джаред Харрис в роли дьявольского Урбани, а третьим стала Андреа Дек в роли возлюбленной Николло Шарлоты - единственной светлой души в этом фильме. Прочие герои пронизаны пороками, будь то отец Шарлоты, заставившей её из-за бедности быть служанкой, её завистливой мачехи, бывшей оперной певицей, или журналистки Этель Лэнгхем, готовой на всё ради сенсации. Мораль фильма: всегда при выборе думайте о последствия. 10 из 10

Артистам посвятил свои «24 каприса для скрипки соло» Никколо Паганини. Им же, без сомнения, посвящен и этот фильм. Рассказ о гениальном скрипаче, в молодости потакавшем глупым сказкам о своих связях с дьяволом и глубоко раскаявшемся в этом в зрелом возрасте, когда музыкальная общественность отказывалась признать в нем респектабельного коллегу… Лучшее, что есть в этом фильме, – атмосфера настоящего искусства, и передать ее мог только музыкант – ни в коем случае не актер. Слава режиссеру! Легко предположить, что современная культурная общественность отнесется к «Скрипачу дьявола» снисходительно, как когда-то она относилась и к самому Паганини: фи, зрелище для толпы… Толпу Паганини укрощал одним движением смычка, давая ей то, что она хотела: желаете скрипку, ревущую ослом? – да пожалуйста! На пути таланта иная преграда: лишенные слуха снобы, вынужденные воспринимать музыку отштампованным своим мозгом, и бездарные оркестранты, которым не хватило ума вовремя «перевестись на медицинский факультет» (см. «Одержимость»). Жонглер! Фокусник! Позер! Слабое звукоизвлечение! Бедная трактовка классики! Но гений – это не просто талант, это неизмеримо больше, и вот уже потрясенный игрой Паганини Николас Мори (скрипач Королевского театра в Лондоне) объявляет, что готов продать свою скрипку любому желающему за восемнадцать пенсов... Гарретт – отличный скрипач, но все же следует помнить, что Паганини мы никогда не слышали; Гете: «Это нечто, похожее на метеор… Я не могу отдать себе отчета в том, что я слышал сегодня вечером». Нельзя за два часа рассказать биографию Паганини. Можно ли было сосредоточиться на более эффектных моментах его карьеры – например, на скрипичных дуэлях с Лафоном или Липинским? Наверное, но показанный в фильме период жизни Паганини – покорение Англии в 1831 году – безусловно, сложнее и драматичнее. Английская пресса уже тогда была редкостной канализацией, заставив занервничавшего Паганини отодвинуть начало выступлений на две недели; зато потом тон публикаций изменился радикально: «Все, что происходило этим вечером в театре, можно описать как сплошные восторг и удивление». Когда кино настолько точно передает дух событий, не хочется копаться в деталях, хотя и они показаны достоверно: больной, обессиленный Паганини уже не мог играть на скрипке, но не мог с ней расстаться, перебирая струны пальцами… И уж совсем смешно, когда музыканта упрекают в том, что он неубедительно сыграл музыканта; до этого даже лондонские газетчики бы не додумались. Выступление Паганини в фильме напоминало рок-концерт: от скандирования толпы «Паганини! Паганини!» до световых и дымовых спецэффектов. Для кого-то это явный перебор, для других – связь времен. Если подумать, ведь именно Паганини можно назвать первой рок-звездой… 7 из 10