Часы

Фильм соединяет три истории трёх женщин в трёх временах: писательницы Вирджинии Вулф, домохозяйки Лоры Браун и ухаживающей за больным СПИДом писателем Клариссы Вон. В свое время фильм солидно прогремел в англосаксонском наградном сезоне, конкурируя с самим Властелином колец и Чикаго. Конкуренцию проиграл, но все равно остался самым эстетским в тогдашнем пуле лауреатов года. Только не совсем понятно, о чем это... Практически ни один смысл не выглядит однозначно угадывемым. Теперь уже набившая оскомину тема секс-меньшинств точно присутствует - в кадре аж две попытки дамских поцелуев и один относительно открытый гомосексуалист, к тому же помирающий от СПИДа... Но драмы однополой любви здесь нет - вроде никто не угнетает, поцелуи изначально не взаимные... Поэтому дело уж точно не в защите прав ЛГБТ. Ещё одна 'модная' тема - феминизм... Внешне вроде об этом - три главные героини, две из которых живут тягостной семейной жизнью, а Вирджиния Вулф даже вступает в конфликт с мужем, что тот ее ограничивает... Но почему-то про права женщин здесь совсем уж мало, тем более что героине Мэрил Стрип бунтовать вроде и незачем, пусть даже жизнь её Клариссы растворилась в Ричарде... Суицид? И тоже присутствует во всех трёх историях и, в отличие, от прошлых тем куда более очевиден. 'Успешным', правда, оказался лишь один из них... И, наверное, в связи с этим вспоминается старый хит группы Сплин 'Выхода нет'... В том смысле, что главные герои (вернее, в основном героини) пытаются уйти от реальности, лишённой любви, понимания, личного выбора и смысла жизни. Каннингем и Далдри плетут нить безысходности, почти по наследству передающуюся от Вулф (через книгу) к утомлённой ролью степфордской жены Лоре, а от неё - к её детям... Вот только нить эта почти неуловима - отличная актерская игра (особенно прекрасна Джулианна Мур), эстетские сцены (на грани гениальности эскапистская сцена с 'утопанием' в постели и заход в воду же Вирджинии) и некий флёр концептуальности не связываются почему-то в нечто цельное. Порой кажется, что в этом вообще больше напыщенности, чем искренности. Потому и писали некоторые рецензенты про накладной нос Николь Кидман, прикрывающий во всех смыслах пустоту.

Случайно узнала про фильм в поисках фильмов о писательницах. Не ожидала, что найду такую головоломку... Игра актеров действительно хороша, и неудивительно с таким составом. Думаю за счет этого фильм и не отпускает. Этот фильм из тех, которые прокручиваются еще долго в голове и пазл складывается не сразу.Я думаю, что не все грани этого феномена творческой мысли открываются каждому. Каждый может видеть свое. Что увидела я в этой триаде 'писатель-герой-читатель': человек, со своей трагичной судьбой (трагичность которой по сути - плод его воображения), т.е. писатель, пишет роман, который становится косвенным фактором трагичного изменения судьбы читательницы. Роман становится для Лоры Браун неким призывом к действию, оправданием своих чувств. Ее поступок, во многом продиктованный прочитанной книгой, становится началом трагичной судьбы ее сына, тоже писателя. И его решительный отказ от почестей за написанную книгу вплоть до самоубийства можно расценивать как символический приговор писателю. Писатель пишет, чтобы выплеснуть на бумагу свои эмоции, мысли, опыт и пр., а его читают люди... и как повлияет книга на их жизнь, не предугадать... Он сам это испытал на себе. Поэтому награда за такое не может радовать... Душевные метания всех главных героев происходят и на фоне метаний в сексуальной ориентации... Это как вирус. От писательницы он передается к читательнице, затем к ее сыну и героине... При этом все несчастны, все в поиске любви или в бегах от нее. А финал фильма все таки жизнеутверждающий. В поцелуе Клариссы с подругой нам сообщается важный вывод: надо уметь ценить своих близких, любить их за то, что они есть, а не стремиться к несбыточным разрушающим мечтам или воспоминаниям...