Почему мне никто не верит?

В названии лишь половина правды: Себастьяну не верят одни только взрослые, но все сверстники поголовно верят ему на слово, изо всех сил помогая оправдаться от обвинения в убийстве, против которого у них нет ни алиби, ни доказательств, чтобы опровергнуть факты следствия, располагающего орудием убийства, отпечатками пальцев и показаниями нескольких свидетелей, указывающих на виновность подозреваемого, спасаясь, скрывающегося от полицейский в бегах. Отцы и дети снова по разные стороны добра и зла: взрослые находятся в плену формальностей и стереотипов, для которых это дело одно из многих, а судьба ребёнка – один из тысяч столбиков в огромной статистике, за которой не видно конкретных лиц, тогда как детишки смотрят в глаза своему товарищу и ничего не знают о криминалистике, удивительно чутко чувствуя, что плохо в этом мире, а что хорошо, в отличие от старших, доверяя честному слову, а не безупречно сложившимся обстоятельствам. Бессердечность и бездушие, с одной стороны, доверие и живое участие – с другой, ложь и лицемерие против искренности и откровенности: вопреки личному неблагополучию, ребята сохранили способность к сочувствию, являясь опорой своих родителей, теперь бросаясь на помощь бедствующему другу, которого предала даже родная мать, признав сына убийцей отца и отказав ему в доверии. Немного наивная борьба детей за доброе имя Себастьяна составляет сюжет драматической детективной истории, открыто пренебрегающей деталями и тонкостями криминальной линии, делая основную ставку на контраст поколенческих различий, акцентируя внимание на перевёртышах - взрослых (исключение составляет просветлённая сводная старшая сестра обвиняемого) и последовательно убеждённых детях, измеряющих людей своей чистотой. Самое ужасное, что может быть при таких обстоятельствах, - у детей нет никаких шансов разоблачить настоящих преступников, и, возникшая в первый момент, обречённость создаёт постоянное напряжение, сопровождая каждый шаг беглеца, каждую попытку его защитников, головой рискующих ради правды, которая, как видно из слов адвоката и судей, по-настоящему, никому не нужна, а мельница правосудия перемелет кого угодно, и будет ждать следующего. Однако, казавшаяся неудержимой, бюрократическая машина обламывает свои зубья о видео чат с символическим названием «Настоящая любовь», что, как и настоящая любовь, является счастливой случайностью, в результате резко обостряя впечатление от несправедливости, прокатившейся по беззащитному мальчишке, выделенному этим фильмом примером из многих, чтобы, беря за сердце, стать живым упрёком мёртвым цифрам статистики судебных ошибок, множащих список неслучайных грехов.