Джон Уик

Баба-Яга выходит из завязки, потому что мажорный гопник с русским акцентом не понял, чью тачку он угоняет. Вдумайтесь в этот сюрреализм: элитный синдикат убийц, контролирующий теневую экономику Нью-Йорка, рушится как гнилой сарай из-за одного щенка породы бигль и ключей от винтажного Мустанга шестьдесят девятого года. Мы застаём Джона Уика (которого с непроницаемостью гранитной плиты отыгрывает Киану Ривз) на дне экзистенциальной выгребной ямы. Жена умерла, оставив после себя лишь предсмертную записку и скулящий комок шерсти, призванный стать якорем в мире живых. Дом — стерильный мавзолей. Тишина давит на барабанные перепонки сильнее, чем шум перфоратора в хрущёвке утром воскресенья. Это идеальный вакуум безысходности. И в этот вакуум, гремя золотыми цепями и дешёвым пафосом, вламывается катализатор. Иосиф Тарасов (Алфи Аллен), щегол с интеллектом ржавой арматуры, совершает историческую ошибку. Он забирает тачку, убивает пса и оставляет хозяина харкать кровью на паркете. Точка невозврата пройдена. Подвал вскрыт, кувалда бьёт по бетону, извлекая на свет арсенал, способный вооружить небольшую латиноамериканскую хунту. Дальше — только запах кордита и хруст шейных позвонков. СПОНСОР ПОХОРОН — ПАПАША С ПРИЦЕПОМ Переходим к препарированию верхушки пищевой цепи. Вигго Тарасов (Микаэл Нюквист) — это не карикатурный злодей с манией величия, а уставший менеджер среднего звена, которому подчинённые подкинули в отдел радиоактивную бомбу. Его реакция на звонок из автомастерской, когда Аурелио (Джон Легуизамо) буднично сообщает, чей именно Мустанг пригнал его сынок, — это абсолютный триумф микромимики. В одном взгляде Вигго читается вся боль мироздания и смета на цинковые гробы. Он понимает масштаб надвигающейся катастрофы. Мотивация этого старого ублюдка кристально ясна — спасти свой генофонд, даже если этот генофонд представляет собой трусливое ничтожество, прячущееся в бане с проститутками. «Континенталь открыл портал, консьерж монеты посчитал» Фильм не тратит время на тошнотворные экспозиции, он швыряет нас мордой в грязь своего внутреннего лора. И этот лор работает безотказно. Отель «Континенталь» — это Ватикан для психопатов, где за стойкой стоит безупречный Харон (Лэнс Реддик), чья вежливость пугает больше, чем ствол у виска. А управляет этим дурдомом Уинстон (Иэн Макшейн), попивающий скотч с таким видом, будто лично присутствовал при сотворении мира и уже тогда раздал всем долги. Местный сброд колоритен до рези в глазах. Взять ту же Мисс Перкинс (Эдрианн Палики) — беспринципную дрянь, которая готова нарушить главное правило отеля ради пачки зелёных бумажек. Или старого волка Маркуса (Уиллем Дефо), снайпера с выжженным моральным кодексом, который весь хронометраж сидит на заборе, решая, в какую сторону спрыгнуть. Это не массовка, это заточенные зубья в механизме мясорубки. Моё искреннее почтение создателям: они показали экосистему, где трупы убирает клининговая компания за пару золотых дублонов, небрежно брошенных на стеклянный столик. Заказ столика на двенадцать персон — это высший пилотаж висельнического юмора, ради которого стоит терпеть весь этот жанр. «Мы хотели показать, как выглядит настоящее владение оружием в ближнем бою, где нет места лишним движениям, а каждый выстрел — это хирургическое вмешательство» © Чад Стахелски — Режиссёр «Тактика хромает, но свинец спасает» А теперь вскроем сценарные нарывы этой неоновой иконы. Картина продаёт нам Уика как призрака, как идеальную машину отмены жизнедеятельности, которая бьёт дважды в грудь, один раз в голову. Тактическое дзюдо, перезарядка в слепой зоне, жесткий контроль пространства — экшен снят так сочно, что его хочется выпить залпом. Сцена в клубе «Красный круг» под кислотный бит — это агрессивный хореографический шедевр. Но дьявол кроется в осечках. Противники Джона временами демонстрируют коллективный IQ просроченного майонеза. Они прут на ствол по одному, забывают про укрытия и ждут своей очереди получить пулю, словно в поликлинике по талончику. В сцене нападения на дом Уика элитные головорезы Вигго ведут себя как слепые котята на минном поле. А финальная разборка под дождём? Это же форменный саботаж динамики. После огнестрельного балета нас заставляют смотреть на вязкую, медленную возню двух пенсионеров в луже. Это продюсерское решение выжать драму там, где нужна была контрольная пуля в лоб, сбивает пульс картины, превращая грандиозный финал в потасовку алкашей за гаражами. Но даже сквозь этот сценарный бред проступает звериный магнетизм. Джон не пуленепробиваемый манекен, он истекает кровью, он зашивает рваные раны степлером и жрёт обезболивающие горстями. Он уязвим, и именно поэтому его мясной маршрут вызывает глухое, мужское уважение. Это симфония пороховых газов, где человек в идеальном костюме доказывает вселенной, что гладить собаку против шерсти — это верный способ получить сквозное отверстие в черепе, и никакой теневой профсоюз не спасёт тебя от этого неотвратимого, свинцового правосудия. 8 из 10

До того, как все зрители уже привыкли, что Джон Уик представляет собой бессмертную машину для убийств, который в динамичном экшене валит всех наповал, режиссёры Чад Стахелски и Дэвид Литч вели интересную, интригующую драматическую экспозицию. Зритель не знает, кто такой главный герой, кем он был раньше. Перед нами драма потери, которая ломает человека, сокрушает его внутреннее естество. Тут и первые знакомые Джона, которые понимают его. Интересно введение персонажа, который проходит стадию принятия. Вот только сценарий закладывает опасные, криминальные введения, чтобы показать прекрасный переход от страдающего одиночки до киллера высокого уровня. Лента отлично раскрывает зрителям значимость Джона. Сначала мы не видим персонажа в действии, но его слава повергает людей в ужас. И это самое великолепное во всей франшизе. Во-первых, это первое явление Джона Уика, потому что дальше в сиквелах мы уже знаем, на что способен главный герой. Во-вторых, ещё до начала экшена и триллера у окружающих героев только один страх и опасения в голове. В-третьих, сюжет не сразу бросает Джона в передряги, а постепенно раскрывает правила этой игры, чтобы зритель уже понял, что перед нами человек чести, он пришёл наказать виновного, лишние жертвы ему не нужны. Зрителю только приоткрывают отель «Континенталь», который вводит свои правила на территории отеля, свои распорядки и свои санкции. Нельзя просто так прийти в отель и нарушить правила, поэтому для ажиотажа и неожиданных поворотов правила нарушаются. Джон в этой картине ещё более уязвимый, более человечный. Это сейчас мы привыкли, что персонаж неубиваемый, а поначалу выносливость имела свои границы, поэтому и преследование виновных потребовало много времени. Конечно, у Джона были моменты, когда он мог одним выстрелом завершить сюжет, но специально для хронометража и динамики этого не произошло. Пусть этот эпизод выглядел глупо, но он запустил интересные нити верности и предательства, да и зрителю дали больше боевика. Под нужной дозой информации фильм только сильнее разогревает зрителя. Ожидания дальнейшего хода сюжета оправдывают себя. Вдобавок, порадовал актёрский состав. Компанию Киану Ривзу составили Уиллем Дефо, Микаэл Нюквист и Элфи Аллен, который как раз был на пике славы в связи с выходом «Игры престолов». Чад Стахелски изначально задумывал трилогию, но все карты были поставлены на приём первой картины. Она вышла прекрасной. В сюжете гармонирует драма и экшен, чтобы создать идеального убийцу, готового на всё ради справедливости.