Анри Анри

Молодой герой с не самым высоким коэффициентом интеллекта волею судеб выброшен из малого мира женского монастыря, куда он был взят еще мальчиком как сирота, в мир относительно большой. Он тот, кто 'несет свет людям', то есть выкручивает перегоревшие лампочки и вкручивает новые. Далее мы наблюдаем процесс социализации героя с непременной мелодраматической составляющей и набором относительно фриковатых персонажей, из которых по преимуществу и состоит тот новый мир, в котором он оказался. Вот, что бывает, если скрестить сюжет 'Будучи там' Эшли с 'Амели' Жене, добавив неуловимое сходство с 'Форрестом Гампом', совершенно очевидную фабульную перекличку с 'Огнями большого города' и завернув все это в обертку фэнтезийной истории для детей вполне изрядного возраста. То есть фильм оказывается крайне компромиссным, не реализующим ничего из того, что могло бы вывести сюжет на более сложный уровень. В самом деле архетипичный со времен Просвещения для литературы образ Другого как Простодушного без особых проблем перешел и в кинематограф. Однако его основная фунцкция - оттенять, а не освещать. Вспомним 'Будучи там' Эшби, где 'блаженность' подозрительно похожего героя только усиливает безжалостно сатирическую интонацию в обрисовке современных нравов в политике и массмедиа. Даже Форрест Гамп с его примирительной логикой тоже по-своему деконструирует институции, утверждая, что выйти сухим из воды может лишь тот, кто остается в неведении насчет мира по каким-то субъективно-физиологическим причинам. Если он и становится успешным, то как будто бы случайно, без умысла. А вот когда смотришь 'Анри Анри', кажется, что все кусочки паззла, из которых к концу ленты выстраивается целостный образ мира, а это уже скорее похоже на 'Амели', нужны для того, чтобы привести героя в уютную гавань мелкобуржуазного консьюмеризма, с обретением как имени собственного, так и имени социально-экономического. И эта тихая гавань никак не отрефлексирована, а предстает за пределами всякой критики как само собой разумеющийся Смысл. С учетом и так изрядно потраченной в фильме сюжетной патоки в конце концов он воспринимается даже не как кризис, а тупик подобных фэнтезийных мелодраматических картин, ведь хороши они только общей установкой, что в мире главное добро, красота и эмпатия. Но когда эти три ценности выглядят промежуточными стадиями на пути приобретения имущества и статуса, то и такая установка уже не спасет изображенный мир на экране. Не имея противоположной стороны он так и выглядит: плоским, условным и вымученным, как бесконечные болячки почти всех его обитателей. 6 из 10