Влюблённые дети

Такое впечатление, будто Ларри Кларку сделали лоботомию и снова дали повозиться с камерой, что привело к удручающим последствиям, заключённым в этой полной разочарований картине, если бы только в титрах не значились иные фамилии, которым она не принесла ни денег, ни почёта, оказавшись провалом, о котором лучше поскорее забыть. Оставшийся в руках главного героя толстый пакет с пачкой цветных фото – единственный осязаемый предмет летних приключений Джека, перебегающего от верного друга в компанию уличной незнакомки, манкируя образованием и протекцией, завидев, как обходятся без всего этого его новые знакомые, проводящие время в неге и развлечениях, называя свои отношения игрой, потеснившись, освобождающие место новому игроку, быстро привыкающему к их не обязывающим манерам. Безделье и похмелье – надёжные спутники паразитирующей молодёжи, где у кого-то есть придуманная легенда, а у другого и того малого совсем нет: текущие из ниоткуда в никуда, в шуме вечеринок по волнам беспамятства. Весёлые, беспечные, а, в общем-то, никакие, как модели, набранные для журнального фото – в цветастых нарядах и ярких украшениях, в шикарных домах и роскошных машинах, живущие легко и бесцельно, да и не живущие вовсе, а стоящие мраморными фигурами внутри декорированных антиквариатом комнат, сливаясь с обветшалой меблировкой старинных стен. Не трогая режиссёра, хочется посмотреть в глаза писателям, потратившимся на пустышечный сценарий, находя в списке дуэт из Себастьяна Соуса и Престона Томпсона, неизвестно чем подкупившим своих продюсеров, взявшихся продвигать историю вымученного существования, как подозрение, придуманную ради пижонской роли Майло, в которой всё тот же Соуса выглядит даже нелепей Уилла Поултера, панически двигающего бровями, подобно игроку, обнаружившему проигрышный расклад. С этим ничего нельзя поделать: в отсутствие истории, линий и взаимоотношений, было глупо полагаться на клиширование и шаблонные схемы, рассчитывая на примелькавшиеся лица, думая, что обезличенные сибариты из зазеркалья смогут обмануть зрителя, не из окна наблюдающего весь этот безумный, безумный, безумный мир.