Бесит быть нормальным

Несколько слов о переводе названия. Он слишком вычурный, простецкий. Стремление сделать фильм понятным для более широкой аудитории тут совсем не совпадает с самим фильмом - работой глубокой и проникновенной. Конечно лучше бы подошли более академичные слова. А в целом, рабочее название ленты - 'Метанойя' подходит куда больше. Да и сам дискурс фильма оказывается вдали от соотношения тем безумия и нормальности, равно как и освещения 60-х. Эти темы появляются в фильме подспудно, по ходу развития сюжета. Конечно в ходе знакомства с доктором Лэнгом и его супругой мы без труда увидим жизненные травмы, сходные с теми, которые испытывают его пациенты. И, разумеется, у зрителя конечно могут возникнуть вопросы о соотношении безумия и 'нормальности'. Но такие вопросы неизбежны при глубоком освящении вопросов психиатрии. Кстати, в таком же фоновом, факультативном режиме проходит и другая значимая тема - отношения медицинского сообщества к принудительным мерам в психиатрии. Достаточно фрагментов нескольких семинаров и кратких бесед героя с другими специалистами, чтобы подробно изложить несоответствия. Но фильм не про это. Тут о другом. Это биография человека, известного человека. И она отличается от потока современных односложных байопиков, нередко сводящихся в смысловом плане к заметке в Википедии. Опасаясь судебных исков и отрицательных отзывов сздатели подобных лент возвели за норму снимать очень просто, без двусмысленности и глубины. А вот в этой ленте не так уж много фактов о жизни доктора Лэйнга. Зато как эффектны будут его диалоги с супругой: Теннант и Мосс показывают настоящие высоты актерского пилотажа. Как и многие другие актеры. Гэмбон действительно точен в изображении истерики, Бирн в своем пограничном расстройстве (это не скудная на эмоции актерская поделка в 'Реинкарнации', а настоящий прорыв сравнимый с 'Пауком' Кроненберга). Вглядитесь в печальные глаза Дэвида Теннанта. Мы видим его в быту и на работе. Это два разных человека. Один - зажигателен и ярок. Второй - скучен и печален. В семье ему непросто. И все сложности семейной жизни этого человека идут от неготовности найти себя целостным. Потому он фактически пропускает психологическое насилие в адрес собственных дочерей. Вроде бы реагируя на проблему он остается безучастным. Безучастен он и к своей жене. Страсть появляется лишь тогда, когда ему приходится работать. Замечательная находка этого фильма - моменты, когда главный герой вынужден быть доктором для своих родственников. Перед ними предстает будто другой человек. Он зажигается совсем другим внутренним светом, сияет. Он делает все так профессионально и почти душевно, что у близких даже и сомнений никаких не остается. Они живут с великим человеком, великим доктором. А когда проблема разрешается все возвращается на круги своя. Опять эта потерянность и отстраненность. Так что, перед нами очень достойное кино. К его достоинствам можно отнести тщательно проработанные диалоги, безукоризненную актерскую работу, многомерность затрагиваемых смыслов. Приятно наблюдать с каким блеском отточена каждая сцена - даже второстепенные актеры разыгрывают свои комбинации, проживая жизнь в произведении. Для современного кино такое редкость 8 из 10

60-е годы ХХ века. Эпоха любви, цветов и хиппи. Рональд 'Ронни' Лейнг (Дэвид Теннант) — известный шотландский психиатр, практикующий нестандартные методы лечения, вроде полного отказа от транквилизаторов и электрошока, возглавляет небольшую клинику-комунну, где, в отличии от обычных лечебниц, врачи и пациенты относительно мирно сосуществуют на равных условиях. Пока душевные разговоры, 'изгнание дьявола', вой на луну, стихи и вечеринки сменяются терапевтическим приемом ЛСД, профессиональное сообщество пытается всеми способами прекратить сомнительный эксперимент доктора Лэйнга. Душное помещение в восточном Лондоне. Доктор Лэйнг и его коллега Пол (Адам Пол Харви) каждый день смотрят на человеческое страдание, и пытаются помочь людям, до которых никому нет дела. Они порицают официальную психиатрию за клиники-тюрьмы, за пыточное лечение и за транквилизаторы, убивающие личность. В то время как признанная медицина, в лице нервного доктора Мередита (Дэвид Бамбер), не может объяснить как именно помогает электрошоковая терапия, Роберт Лэйнг возвращает к жизни безнадежную больную. Его метод — умение слушать. Его лекарство — косяк, две капли ЛСД, пицца и осколки разбитой вазы. Люди с растоптанной душой для него интереснее беременной любовницы Энджи (Элизабет Мосс). Собственная жизнь постепенно растворяется в алкоголе и депрессии. И пока он в Лондоне воет на луну с одним из своих 'пациентов', в Глазго медленно умирает его дочь, а родная мать искренне желает ему смерти. «У кого есть время выслушать того, кто всю жизнь слушает других?» Кислотно-абсентное повествование о том, что шестидесятые были лучшим временем, чтобы сойти с ума. История, где любой человек, будь то буйный поэт или женщина в послеродовой депрессии, имеет право на жизнь, где безумие не конец, а новое начало: «Понятие шизофрении — это оковы, сковывающие пациентов и психиатров. Для того чтобы сидеть в клетке, не всегда нужны прутья. Определенного рода идеи также могут стать клеткой. Двери психиатрических больниц открываются потому, что химическое сдерживание более эффективно. Двери наших умов открыть гораздо сложнее». Однако, жизнь иногда слишком безжалостна. Нельзя спасти всех, вылечить каждого и, как бы ты ни старался, иногда глухие мягкие стены единственно возможный вариант, но тем не менее, каждый голос заслуживает того, чтобы его услышали. 8 из 10