Туман

После коммерческого триумфа «Хэллоуина» Карпентер сделал две работы для телевидения, среди которых – биографическая драма об Элвисе Пресли, и лишь потом вернулся к жанру хоррора. Этим возвращением стал «Туман», однако, многие зрители картины ошибочно утверждают, что она является простым коммерческим проектом. В то же время незатейливый фильм ужасов о преступлении и возмездии имеет, тем не менее, и второй план. Это кино о коллективной вине, непохороненном прошлом, которое агрессивно внедряется в настоящее: в том же году, что и «Туман», на экраны выходит культовая экранизация «Сияния» Стивена Кинга, в котором, не будем забывать, вся чертовщина происходит в отеле, построенном на индейском кладбище. Карпентер не столь откровенен, как Кубрик и Кинг, но, в то же время, он рассказывает нам историю вовсе не о невинном городе и столь же невинных жителях, а о месте, построенном на преступлении. Безусловно, в «Тумане» есть режиссерские и сценарные самоповторы – самоцитаты Карпентера из его же «Хэллоуина», и это связано не только с присутствием в кадре Джейми Ли Кертис (кстати очень стильно одетой: изысканные меховые сапожки в тон куртке), но и эксплуатацией зрительских страхов, которые вызывают все те же визуальные и музыкальные приемы, что и в «Хэллоуине» (позже они станут классикой ужасов: например, неожиданное появление на втором плане угрозы, которую герой не видит, или бьющий по нервам акустический диссонанс в кульминациях). Карпентер пригласил в фильм в качестве жанрового маркера еще и мать Джейми Ли Кертис – Джанет Ли, сыгравшую свою самую известную роль еще за двадцать лет до «Тумана» - в «Психо» Хичкока (признаем, что ее широко раскрытые глаза в ленте Карпентера чаще выглядят нелепо, чем уместно). Несмотря на все приметы хоррора и триллера «Туман» - все же лента о возмездии и коллективной вине за прошлое, в чем причитывается неполиткорректный антиамериканизм Карпентера: у каждой страны есть свое неудобное прошлое, режиссер данной картины здесь высказывается буквально и аллегорически о непохороненных мертвецах Соединенных Штатов. Можно сказать, что «Туман» Карпентера – это «Груз 200» образца 1980-го года. То, что постановщику удалось выразить нешаблонную философскую и нравственную идею в насквозь жанровой и оттого стилистически вторичной работе – большое творческое достижение. Как позже и в экранизации «Мглы» Кинга (книги, написанной по откровенным влиянием сценария «Тумана»), материализация зла происходит у Карпентера буквально из воздуха, из самой зловещей атмосферы, пропитанной коллективным преступлением. Здесь зло, угрожающее героям, не персонифицировано, как в «Хэллоуине», оно размыто и безлично, его нельзя остановить простым ответным насилием, персонажам «Тумана» необходимо докопаться до истины, скрытой в прошлом, и придумать нестандартный ход, чтобы остановить зло (им символически становится золотой крест). Таким образом, несмотря на некое условное для хоррора противопоставление дня и ночи, разумности света и инфернальности тьмы (почти в любом хорроре все всегда благополучно днем, для этого постановщиками используются часто примитивные дневные сцены, призванные расслабить зрителя, ночью же начинаются погони, убийства и агрессия зла), несмотря на часто откровенно глупое, по законам жанра, поведение персонажей (будущих жертв), не блещущие остроумием диалоги, отсутствие сгущенной атмосферы ужаса (до таких жемчужин жанра, как «Ребенок Розмари» или «Сердце Ангела» ленте Карпентера далеко), несмотря на все это «Туман», как почти все ранние картины режиссера, - не просто жанровый эксперимент, но по-фуллеровски изящная упаковка философской идеи в развлекательную упаковку. Хотя, честно признаемся себе в том, что «Туман», как и «Хэллоуин», - лишь необходимые стилевые ступени к художественному прорыву, которым должно было стать, но так и не стало «Нечто».

Карпентер получил известность среди массовой аудитории после того, как «Хэллоуин» вышел в прокат в далеком 1978 году. Образ маньяка, неумолимо преследующего своих жертв, стал эталоном для многих режиссеров, положив начало слешеру — поджанру ужасов, в котором зрителя пугали убийцей с холодным оружием. Хэллоуин стал очень удачной работой для Карпентера. Весьма вероятно, что именно из-за успеха своего первого хоррора режиссер попытался повторить некоторые элементы в своем следующем фильме. Но так ли эффектна эта картина? Основная тема «Тумана» как хоррора в том, что на прибрежный город с наступлением сумерек надвигается мерцающий туман, в котором прячутся зловещие фигуры. Появление тумана в кадре сопровождается резкой мелодией, которая должна создать напряжение у зрителя и одновременно очаровать его. По-моему мнению, этого эффекта достичь не удается. Если в «Хэллоуине» мелодия отлично дополняет маньяка, создает нужную атмосферу, то в «Тумане» воспринимается вторично и некстати. Тишина или монотонный нарастающий звук подошли бы лучше. Что касается самих «призраков» тумана. И в этом главная проблема фильма, как по мне: они ведут себя как маньяки из слешера, вырываясь из тумана и убивая своих жертв холодным оружием. Механические движения их тел напоминают походку зомби, но ведь фильм не о зомби, а о потусторонних существах, способных мгновенно перемещаться в тумане. В этом аспекте можно сравнить «Туман» Карпентера и «Мглу» Френка Дарабонта. Монстры «Мглы» отлично дополняют сверхъестественное облако. Ожидание неизвестного чудовища держит в напряжении на протяжении всего сюжета. Тогда как «призраки» тумана довольно предсказуемы. Стандартный сюжет, отсутствие визуальных эффектов, интересных персонажей или оригинального сценария должно компенсироваться атмосферой. Лучио Фулчи яркий пример такого режиссера — с европейским неторопливым стилем подачи сюжета, проникнутым магической атмосферой. Карпентеру в «Тумане» это не удалось. В дальнейшем он переосмыслил свой подход и создал один из лучших сай-фай хорроров — «Нечто». 6 из 10