Путь в высшее общество

Сюжет этого фильма, от которого принято вести отсчет так называемой Британской Новой Волны (вписавшей в историю кино золотыми буквами, помимо многих других, имена Джона Шлезингера и Линдсея Андерсона), напоминает вывернутую наизнанку фабулу классического – и высоко ценимого мною – романа Теодора Драйзера «Американская трагедия». Бывший сержант Джо Лэмптон, недавно вернувшийся из лагеря для военнопленных, становится одним из углов «любовного треугольника», встав перед выбором между яркой красавицей из состоятельной семьи и женщиной бедной, но явно близкой ему по духу. В отличие от своего литературного предшественника Клайда Гриффитса, Лэмптон определенно склоняется к выбору в пользу второй. Впрочем, социальная подоплека в фильме дебютировавшего в режиссуре Джека Клейтона все-таки второстепенна. Тема социального и финансового неравенства давно стала столь заезженной, что сама по себе уже не может всерьез привлечь внимание чуткого и вдумчивого художника. Ключевым представляется как раз эпизод, в котором Джо будет назван «посторонним» незнакомой женщиной, встреченной им на руинах его же собственного дома. Ибо вся драма главного героя не в бедности, а в его разладе с самим собой, его неспособности ни найти, ни принять свое место в полуразрушенном мире и во «времени, вывихнувшем сустав». И несмотря на внешне благополучный финал, Джо Лэмптон так и обречен оставаться вечным странником, пятым колесом в компании приятелей и всего лишь гостем в постели любимой женщины. А столь же вечные, сколь и банальные вопросы богатства и бедности, «право имеющих» и «тварей дрожащих» - лишь одна из граней жизни, заставляющих нас порой чувствовать себя «посторонними». Любопытно, как Джек Клейтон предугадал судьбу молодого актера Лоуренса Харви, тоже оказавшегося из-за своего неуживчивого и самолюбивого характера всюду «посторонним» (кстати, эту нотку в темпераменте актера искусно использовал Джон Франкенхаймер в весьма смелом для своего времени триллере «Маньчжурский кандидат», а родная дочь Лоуренса Харви позже снискала неоднозначную славу в качестве «охотницы за головами» и стала прототипом главной героини умного и стильного фильма Тони Скотта «Домино»). Тем более печально, что за следующие 15 лет Клейтон, похоже, совсем растерял творческую хватку и энергетику (а может быть, просто устал от бесконечных схваток с алчущими прибыли продюсерами), и отличные актеры уже не смогли спасти поставленную им в 1974 году, на следующий год после смерти Лоуренса Харви, пустую и бесцветную киноверсию романа «Великий Гэтсби». 8 из 10

Панорама «молодого рассерженного» кино будет неполной без картины Джека Клейтона «Место наверху» (или «Путь наверх», а в советском прокате так вообще «Путь в высшее общество»), несколько необычно трактующей проблемы молодого поколения британцев тех лет. Дело в том, что в лентах того же Ричардсона молодежь показана бунтарской и нонконформистской, то есть вполне в духе любой национальной «новой волны» рубежа 1950-1960-х от французской до советской. В фильме же Клейтона герой разрывается между трезвым взглядом на мир комфорта и больших денег и мощным аттрактивным влечением к нему. То, что сюжетные коллизии романа Джона Брейна, по которому поставлена лента, почти полностью повторяют фабульные перипетии «Американской трагедии» Теодора Драйзера, не идут работе Клейтона на пользу, а скорее свидетельствуют о ее семантической вторичности, ведь то, что пронесло этот фильм спустя десятилетия, сделав его классикой, так это прежде всего кинематографическая форма. Помню, первый раз смотрел «Место наверху» третьем по счету в течение дня, и взгляд был уже уставшим и замыленным, однако, и тогда отметил про себя, как лента Клейтона нашпигована диалогами, острым монтажом, сложноорганизованными мизансценами, как в ней выкладываются актеры (особенно Синьоре, просто пленительная и обворожительная в образе по-ремарковски уставшей от жизни женщины), как наконец напряженно и по-триллерному увлекательно и интересно организован сюжет, пусть и вторичный в своей основе. Неудивительно, что фильм полюбился советским критикам, в нем они, как всегда, увидели обличение буржуазности, однако, впоследствии та же «Тема» Панфилова доказала, что конформизм не имеет идеологических черт, и не важно за что человек продается, за деньги ли, или за теплое место в стране «развитого социализма». «Место наверху», что поразительно, вызвало в момент выхода нарекания в плане нравственности, хотя, как и те же «Любовники» Луи Маля, вышедшие в том же году и столкнувшиеся с теми же проблемами, она выглядит достаточно невинно по современным меркам. Также отмечу, что совершил фактологическую ошибку, написав, что «Оглянись во гневе» бы хронологически первым «рассерженным фильмом»: постановка Ричардсоном в театре этой пьесы Осборна была началом движения «рассерженных молодых людей», а первой кинолентой движения было как раз «Место наверху». В любом случае это достойный фильм, хотя его содержанием уже никого не удивишь, а сложенные на американский манер ноги главного героя на столе, крупным планом которых открывается эта работа, демонстрирует живучесть «американской мечты» и несчетность ее жертв по обе стороны Атлантики.